Я со своей стороны предприму необходимые шаги, а когда буду на Земле, подготовлю опубликование статьи и сообщу о вашем открытии ответственным лицам.
Денисон понял, что разговор окончен, и встал. Готтштейн добавил с непринуждённой улыбкой:
— И подумайте о докторе Невилле и мисс Линдстрем.
Глава 17
На этот раз звезда была гораздо более пухлой и яркой. Денисон почувствовал её жар на стекле скафандра и попятился. В излучении, несомненно, присутствовали рентгеновские лучи, и, хотя в надёжности экранирования сомневаться не приходилось, всё-таки не стоило заставлять его работать на полную мощность.
— По-моему, это то, что надо, — пробормотал Денисон. — Полная устойчивость.
— Безусловно, — сказала Селена.
— Ну, так отключим и вернёмся в город."
"Их движения были вялыми и медлительными. Денисон ощущал непонятный упадок духа. Все волнения остались позади. Теперь уже можно было не опасаться неудачи. Соответствующие земные организации зарегистрировали новое открытие, и дальше всё будет зависеть не от него. Он сказал:
— Пожалуй, можно приступать к статье.
— Наверное, — осторожно ответила Селена.
— Вы поговорили с Невиллом ещё раз?
— Да.
— Он не изменил своего решения?
— Нет. Он участвовать не будет. Бен…
— Что?
— Я убеждена, что уговаривать его нет смысла. Он не желает участвовать в программе, какой бы она ни была, если в ней участвует Земля.
— Но вы объяснили ему ситуацию?
— Во всех подробностях.
— И он всё-таки не хочет…
— Он сказал, что будет говорить с Готтштейном. Тот обещал принять его, когда вернётся с Земли. Может быть, Готтштейну удастся его переубедить. Но не думаю.
Денисон пожал плечами — жест совершенно бессмысленный, поскольку скафандру он не передался.
— Я его не понимаю.
— А я понимаю, — негромко сказала Селена.
Денисон промолчал. Он закатил пионотрон и остальную аппаратуру в каменную нишу и спросил:
— Всё?
— Да.
Они молча вошли в тамбур П-4. Денисон начал медленно спускаться по лестнице. Селена скользнула мимо, хватаясь за каждую третью перекладину. Денисон уже и сам умел спускаться этим способом достаточно ловко, но на сей раз он тяжело переступал с перекладины на перекладину, словно назло собственному желанию приспособиться к Луне.
В раздевальне они сняли скафандры и убрали их в шкафчики. Только тут Денисон наконец сказал:
— Вы не пообедаете со мной, Селена?
— Вы чем-то расстроены? — спросила она встревоженно. — Что случилось?
— Да ничего. Просто в таких случаях всегда возникает ощущение растерянности и пустоты. Так как насчёт обеда?
— С удовольствием.
По настоянию Селены они отправились обедать к ней. Она объяснила:
— Мне надо поговорить с вами, а в кафетерии это неудобно.