Они никогда не забудут, что я поселенка. У них те же предрассудки, что и у меня, и я тоже никогда не прощу им, что они земляне.
— Кажется, ты забываешь, что и я землянин.
— Нет, ты просто Крайл, а я — просто Тесса. И всё.
— А тебе никогда не было жаль, Тесса, что ты построила свой звездолёт для Земли, а не для родной Аделии?
— Крайл, я делала это не для Земли, а сложись всё иначе, делала бы и не для Аделии. В обоих случаях я делала бы это для себя. Передо мной поставили задачу — я её решила. Буду числиться в истории как изобретатель сверхсветового звездолёта — но я создавала его для себя. А уж потом — пусть это покажется претенциозным — для всего человечества. Видишь ли, абсолютно неважно, в каком из миров состоялось открытие. Кто-то на Роторе — он, она или целая группа — изобрёл гиперпривод — значит, он есть и у нас, и у поселений. В конце концов все получат сверхсветовые звездолёты. Где бы ни был сделан решающий шаг — это значит, что всё человечество шагнуло вперёд.
— Но Земле твой звездолёт нужен больше, чем поселениям.
— Потому что приближается Звезда-Соседка и поселения запросто могут разлететься во все стороны, а Земля не может? На мой взгляд — это проблема правительства Земли. Я дала им инструмент, пусть уж они сами решают, как его лучше использовать.
— Похоже, мы уже вплотную подошли к проблеме завтрашнего дня, — заметил Крайл.
— Да, наконец. Уже есть голографическая запись. Впрочем, трудно сказать, когда они покажут её землянам и поселениям.
— Скорее всего, после нашего возвращения, — сказал Крайл. — Нет смысла рассказывать всем о нашей работе, если мы не вернёмся. Ожидание будет мучительным — ведь с нами никак не свяжешься. Когда астронавты впервые высадились на Луну, Земля весь день была на связи.
— Правильно, — подтвердила Уэндел, — а вот когда Колумб отправился под парусами через Атлантику, испанские монархи ничего не слышали о нём несколько месяцев, пока он не вернулся.
— Земле есть что терять — семь с половиной столетий назад испанцы рисковали меньшим, — возразил Фишер. — Действительно жаль, что сверхсветовой звездолёт не оснащён сверхсветовой связью.
— Не спорю. Коропатский без конца твердил мне о связи, но я сказала, что не чародейка и не могу немедленно сотворить всё, что ему угодно пожелать. Одно дело — перебросить через гиперпространство массу, но излучение — совсем другое. Даже в обычном пространстве оно подчиняется другим законам. Свои уравнения электромагнетизма Максвелл вывел через два столетия после того, как Ньютон открыл закон тяготения. А о распространении излучения в гиперпространстве нам ещё ничего не известно. Когда-нибудь мы сумеем создать устройство для сверхсветовой связи, но пока…
— Плохо, — задумчиво сказал Фишер.