При этом добычу он даже и не жрал. По раздутому брюху видно – налопался ирод так, что больше не лезет. Просто перекусывал человечков надвое, да и выплевывал. Швырял обратно к своим.
В него продолжали стрелять. Уже и тулы наполовину опустели – столько стрел всадили в чудовище. Мимо ни одна не летела – недаром травой колюкой окуривали.
Да толку немного было. Что-то умудрялось застрять меж чешуй, что-то крылья пронзало навылет – там шкура не так жестка оказалась. Одна стрела даже в ноздрю Горынычу вошла, заставив среднюю голову чихать и фыркать.
Но от этого он только сильней злился.
– Погоняй коней! – гудел Самсон. – Главное – до леса дотянуть! В лесу ужо не достанет!
Только на это все и надеялись. На лес родимый. Этакая громадина туда точно не сунется – застрянет среди деревьев.
И опушка ельника была уже недалече!.. Но тут Горыныч обогнал дружину, отвернул вбок и прошел наперерез… испуская пламя.
Спасительная стена дерев обернулась гибельным огнем. Словно огромная печь разверзлась впереди. Кони истошно заржали, всадники завопили.
Над тиборчанами словно раскрыла крылья сама смерть.
– ГРАХ-ХА-ХА-ХА-А-А-А!!! – загремел-захохотал дракон в три глотки. – А-ГРА-ХХА-ХА-ХА-А-А!!! В ОГОНЬ ПРЫГАЙТЕ, НЕ ТО СОЖРУ ВСЕХ!!!
– Эй, чудище, здесь я! – крикнул Глеб что есть мочи. – Меня сожрать попробуй!
– А ТЫ КТО ТАКОЙ ЕЩЕ? – прищурил все шесть глаз Горыныч.
– Глеб я, князь Тиборский!
Он пришпорил коня так, что Цезарь застонал. Дал ему еще и шенкелей, и поскакал в сторону – прочь от остальных, от дружины. Вдоль огненной стены поскакал.
Конечно, Змей Горыныч не дал ему уйти так запросто. Еще круг описал – и следом пустился. Пламенем плюнул… еще раз… и оба раза промазал.
По такой быстрой цели попасть трудно. В толпу плюнуть – кого-нибудь да заденешь. А на лету, да в одинокого всадника…
Да и пламя бы поберечь стоило. Утром Горыныч слопал целый воз серы, угля и горного масла, но потом весь день только и делал, что палил. Несметно огня изрыгнул. В горючем зобу еще есть запас, но дно уже показалось, чувствуется.
Но князь Глеб о том не знал. А даже если бы и знал – Змей Горыныч и без огня смертоносен. Схватит на лету, да сожрет. Али хвостом ударит.
Так что мчался князь во весь опор. Коня даже и не подстегивал – тот сам грыз удила, слыша драконий рев. Копыта почти не касались земли – такой страх обуял Цезаря. Всадник еле держался в седле.
Он спешил увести Горыныча от остальных. Не вышло город спасти – так хоть дружину спасет. Воевода уж верно не оплошает, скроется с уцелевшими. Их еще не так мало осталось – рассеются по русским землям, всем поведают, что сегодня с Тиборском приключилось.
После такого ни один князь в стороне не останется. Не посмеет.
О себе Глеб не думал.