В палате клиники черепно-мозговых травм пробуждается нечто злое. Брейди Хартсфилд, переживший годы молчания, возвращается в сознание, чтобы навести хаос. Отставной полицейский Билл Ходжес и его партнерша расследуют события, связанные с Мистером Мерседесом и роковым ударом.
— Это вопрос подделок? Ведь законы о банкротстве по этому вопросу являются очень четкими и…
— Нет, что вы, — успокаивает Ходжес. — К нам обратились только из-за проблемы с загрузкой. Ну и как минимум один из «Заппитов» был доставлен неисправным. Получатель хочет отправить его обратно — может, и получить взамен новый.
— Не удивлюсь, что кто-то получил неработающую консоль, если она из последней партии, — говорит Шнайдер. — Там было много брака — может, тридцать процентов выпуска.
— Позвольте для себя поинтересоваться, сколько же их было в той последней партии?
— Для уверенности мне нужно взглянуть на цифры, но, думаю, примерно сорок тысяч штук. «Заппит» судились с производителями, хотя судиться с китайскими компаниями, в общем, пустой труд, но они отчаянно пытались удержаться на плаву. Я вам даю эту информацию только потому, что все дела там уже закрыты и подшиты.
— Ну и компания-производитель — «Ичэнг Электроникс» — защищалась изо всех сил. Может, даже не потому, что на кону были деньги, а потому, что озабочены своей репутацией. Трудно же их в этом обвинить, правда?
— Да. — Ходжес не выдерживает, ему нужно снять боль. Он берет пузырек с таблетками, вытряхивает две, потом неохотно возвращает одну назад. Кладет под язык — пусть тает, может, так быстрее подействует. — Да, пожалуй, вы не можете.
— Что же произошло с последней партией?
— Ну, конечно, устройства были активом, но не слишком ценным, учитывая дефекты. Я некоторое время подержал их, и мы рекламировали их на рынке компаний, которые специализируются на дисконтных товарах. Сети типа «Все по доллару» или «Волшебник-эконом». Знаете такие?
— Да. — Ходжес купил пару дешевых туфель в местном магазинчике «Все по доллару». Стоили они больше, чем один доллар, но были неплохие. Носились хорошо.
— Конечно, мы были вынуждены сообщить, что не менее трех на каждого десятка «Заппит Коммандер» — так последняя версия называлась — могут оказаться бракованными, что означало: каждый надо проверять. Это убивало любой шанс сбыть всю партию. Проверять по одному — это слишком большой труд.
— Поэтому, как доверенное лицо банкрота, я решил их уничтожить и попросить налоговую льготу, которая должна была бы составлять… ну, так немало. Не по стандартам «Дженерал Моторс», но где-то середина шестизначных чисел. Понимаете, надо бухгалтерии ладу дать.
Ну вот, и прощай, щит законности. Шнайдер оживился, увлеченный собственным рассказом.
