Жанр
Волей судьбы в начале XVII века оказывается в теле принца Мекленбурга. Он должен объединить раздираемую Смутой Россию, но каждый шаг грозит предательством. Иван Федорович отправляется в путь, и его ждет борьба за выживание в условиях хаоса.
Раздел Chitat.online для книги «Конец Смуты» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Волей судьбы в начале XVII века оказывается в теле принца Мекленбурга. Он должен объединить раздираемую Смутой Россию, но каждый шаг грозит предательством. Иван Федорович отправляется в путь, и его ждет борьба за выживание в условиях хаоса.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Иван Валерьевич Оченков Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Волей судьбы в начале XVII века оказывается в теле принца Мекленбурга. Он должен объединить раздираемую Смутой Россию, но каждый шаг грозит предательством. Иван Федорович отправляется в путь, и его ждет борьба за выживание в условиях хаоса.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Теперь следующее, – продолжал я, не обращая внимания на их вздохи, – познакомьтесь. Это полковники Гротте и Дуглас, прошу любить и жаловать! Они командуют пехотой да кавалерией, и им, и людям их надобно заплатить жалованье согласно контракту, причем немедля!
– Это как же, милостивец… – потрясенно пискнул походный казначей дьяк Лаптев, заглянув в бумаги. – Да куда же этакую прорвищу денег!..
– Мил-человек, нам Смоленск штурмовать надобно, – ласково отозвался я, – и ежели ты думаешь, что с делом сим справишься лучше, чем мушкетеры да рейтары, то говорить не о чем. Я их прогоню немедля, а ты завтрева на стены полезешь с саблей.
– Ну что ты, государь, я же только о прибытках твоих пекусь, – запричитал казначей, – а коли ты хочешь воинским людям за их труды заплатить, так на то твоя царская воля…
– Милостивец, – молвил елейно старший постельничий Буйносов, – что ты все в делах да в заботах… Мы на радостях целый пир приготовили ради встречи, шатер да баню походную…
– Все бы вам бражничать да чревоугодие свое тешить! Царь только прибыл, лба еще не перекрестил, а вам и горя мало. Первым делом надобно молебен отслужить, ради благополучного прибытия, а там уж и за стол можно. Где архиепископ Смоленский?
– Так ведь поляки как город взяли, сразу и увезли преосвященного Сергия в плен…
– Вот незадача, ну да ладно, будет еще время помолиться. Кстати, скажи мне, любезный, как так приключилось, что придворные мои, да рынды, да спальники и прочих чинов люди от царя своего отстали?
– Да что ты, кормилец, – всплеснул руками князь, – да ты же сам, ровно ветер, из Вязьмы сорвался, никого не предупредив! Уж ты бы нам весточку хоть какую-нибудь дал, уж мы бы за тобой, ровно нитка за иголкой!
– Что-то Пушкарев со стрельцами меня нашел, а Миша Романов так и вовсе не отстал. И мне пришлось, чтобы не допустить умаления чести царской, Федора Панина в рынды ставить. А то ведь это смех один, если всего один рында!
– Истину говоришь, государь, ровно как в Писании…
– Не богохульствуй! – перебил я его славословия и продолжил: – Поскольку сей Панин службу нес исправно и в иных делах отличился, то жалую его чином стряпчего и велю и далее при надобности рындой быть в походе.
– На все твоя царская воля, государь, да только родом-то он ниже всех будет…
– А я что, велю тебе ниже него сесть? Сказано же, что при надобности! Покуда таковой нет, пусть служит по-прежнему у Михальского. Но в списки его внести да про жалованье не забудьте. Внял ли?
– Все исполню, батюшка!
– Ну и славно; так что ты там насчет пира говорил? Корми царя, но гляди, чтобы никто не упился, поход все же.
Услышав мои слова, Буйносов пулей выскочил из шатра и кинулся готовить все к торжественному пиршеству.
