В старом Петербурге, где свет падает через старинные окна в тонкую шёлковую перегородку, происходит странный инцидент — призрак обретает человеческое сознание. В кабинете антиквара Поля Смирнова медленно раскрывается загадочная сюжетная лента, а вокруг редкие золотые часы, словно провидцы, отсчитывают непостижную тишину....
Олег сделал очень правильно, что отправил тебя отсюда подальше в тот момент. Ты просто не выдержал бы и мог, опасаясь за мою жизнь, небезосновательно, кстати, нарушить его игру. Я ведь тоже почти ничего не знала, а у него все ходы были просчитаны с множественными вариантами решений. Я до сих пор не знаю доподлинно, как он смог всё это провернуть. Это уже потом он сказал мне, что явление Завьялова не стало для него неожиданностью: не зря же Стеша поставила в его машине «маячок».
– Да уж, – поёжился от не слишком приятных воспоминаний мужчина, – когда в интернете появилась информация о Завьялове и его, так сказать, увлечениях, я места себе не находил, а звонить не решался ни Олегу, ни тебе, чтобы не дай Бог не помешать.
– Алёша, – Лена внимательно посмотрела на мужа, – что тебя грызёт, скажи мне? Между нами никогда не было тайн, и именно это стало основой нашей жизни.
Алексей бросил на жену быстрый взгляд и, поднявшись, подошёл к стеклянной стене террасы. Он молчал, собираясь то ли с мужеством, то ли с мыслями, и Елена его не торопила. Она лишь понимала, что повисшая между ними едва заметная тень молчания, неискренности может перерасти в серьёзную проблему, поэтому просто ждала.
– Знаешь, с тех пор, как вопрос с Завьяловым решился, я всё время боюсь, что ты уйдёшь от меня, – явно пересиливая себя, наконец-то проговорил Краснов, – дело закрыто, твой враг мёртв… зачем я тебе теперь? Я ведь не слепой, Лена, и, позволю себе надеяться, что не дурак… Я всегда любил тебя больше… Господи, как по-дурацки это всё звучит!
– Позволь с тобой не согласиться, – невозмутимо сказала Елена, глядя на него своими невероятными синими глазами.
– В чём именно? – невесело улыбнулся Краснов. – В том, что звучит по-дурацки?
– Нет, в том, что ты не дурак, – Лена встала, подошла к мужу, обняла его, прижавшись щекой к напряжённой спине, – потому что ты не просто дурак, Алёша, ты слепой дурак.
– Что ты хочешь сказать? – голос Краснова стал хриплым, а плечи закаменели.
– Только то, что, высказав свою версию, ты обидел меня, но я понимаю причину и потому не сержусь. Но как ты мог подумать, что я уйду от тебя? Алёша, ближе тебя у меня в этой жизни никого нет, понимаешь? И не будет… Да мне и не нужно…
– А Олег? – видно было, что этот вопрос дался Алексею с громадным трудом.
