Автор
В районе рыбоконсервных заводов Монтерея живет необычная семья бродяг и социальных изгоев. Объединенные дружбой и взаимной помощью, они переживают радости и горести простой жизни, ищут смысл в повседневности и сталкиваются с суровой реальностью американского общества.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Консервный ряд»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В районе рыбоконсервных заводов Монтерея живет необычная семья бродяг и социальных изгоев. Объединенные дружбой и взаимной помощью, они переживают радости и горести простой жизни, ищут смысл в повседневности и сталкиваются с суровой реальностью американского общества.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В районе рыбоконсервных заводов Монтерея живет необычная семья бродяг и социальных изгоев. Объединенные дружбой и взаимной помощью, они переживают радости и горести простой жизни, ищут смысл в повседневности и сталкиваются с суровой реальностью американского общества.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Кроме сезонных посетителей были постоянные, годами ходившие к Доре: рабочие с карьера, ковбои с близлежащих ранчо, железнодорожники (эти все шли с парадного входа), городские чиновники и богатые дельцы, проникавшие в заведение через черный ход со стороны железнодорожных путей, для них у Доры были особые маленькие гостиные, обитые ситцем.
В общем, март был ужасный, а тут еще в середине месяца вспыхнула эпидемия инфлуэнцы, мгновенно охватившая весь город. Заболели миссис Талбот с дочерью, владевшие гостиницей «Сан Карлос». Слег Том Уорк, слегли Бенджамин Пибоди с женой. Слегла ее превосходительство Мария Антониа Филд, подхватило инфекцию все семейство Гроссов.
Врачи Монтерея – а их было вполне достаточно для лечения заурядных болезней, несчастных случаев и нервных расстройств – с ног сбились. Им не хватало времени на пациентов, которые, если и не платили по счетам, то хотя бы имели деньги, чтобы заплатить. Консервный Ряд, населенный более крепкой породой людей, дольше других не поддавался эпидемии, но в конце концов не устоял и он. Закрылись школы. Не было дома, где бы на постели не метался в жару больной ребенок, а зачастую вместе с детьми болели и взрослые. Болезнь была не смертельная, как в 1917 году, но детям давала осложнение на уши. Врачей и сестер не хватало; дело было еще и в том, что в Консервном Ряду жили бедняки, которым нечем было платить.
Док из Западной биологической не имел права лечить. Не его вина, что все население Консервного Ряда обращалось к нему за помощью. Не успел он оглянуться, как уже бегал из одной лачуги в другую, меряя температуру, давая лекарства, доставая для больных одеяла и даже разнося еду в те дома, где матери с постелей глядели на него воспаленными глазами, благодарили, видели в нем единственного спасителя. Когда случай оказывался особенно тяжелым, он звонил местным врачам и кто-нибудь приходил, если положение становилось угрожающим. Но почти все считали свое положение угрожающим. Док сутками не спал. Ел только консервы из сардин, запивая пивом. У Ли Чонга, куда он зашел купить пива, Док встретил Дору, пришедшую за щипчиками для ногтей.
– Вы что-то осунулись, – сказала Дора.
– Осунешься, – ответил Док, – неделю почти совсем не сплю.
– Знаю, – сказала Дора. – Плохо дело. И у меня, как на грех, трудное время.
– К счастью, нет смертей, – сказал Док. – Но дети по большей части очень тяжело болеют. У малышей Рэнселов осложнение на уши.
– Я могла бы чем-нибудь помочь? – спросила Дора.
– Конечно, – ответил Док. – Люди совсем пали духом. Вот хотя бы Рэнселы. Живут в таком страхе, боятся остаться одни. Было бы хорошо, если бы вы или кто-то из ваших девочек просто посидел с ними.
