В темных улицах города застаивается тихий вечер, где каждое движение кажется загадочным. Это одиннадцать месяцев назад — Виталий Тисарев, успешный предприниматель, смотрит закат и думает о том, как устроить свой отдых без лишних хлопот. Окружение не располагает к глубокому расслаблению, но Виталия волнует информация о поездке. Атмосфера напоминает баланс между надеждой и тревогой в ожидании чего-то важного....
Позади нас подала голос официантка и Витя, гневно глядя на не обращающую на него никакого внимания Ташу, не глядя показал официантке ксиву, а Ров, зло и сорвано дышащий, чуть склонившись к столу корпусом, зажав пострадавшую руку, глядя в глаза титанически спокойного первого секретаря, взявшего из емкости для приборов столовый нож, и вновь сложившую руки на бедре, выдавил:
— Я надеялся обойтись без подобного, Татьяна… Игоревна. — Метнул взгляд на Витю, тут же без церемоний вцепившегося в мое плечо и я покорно поднялась, уже собираясь провести коронный от моего Брюса Ли и взглядом умоляя Ташу не делать то, чего ради она, прохладно улыбнувшись, начала подниматься со стула, но я поняла, кому она звонила в такси и кто ей назвал адрес, до которого они доехать могли бы за максимально короткое время.
Обоняния коснулся запах парфюма кронпринца мгновением раньше того, как длинные тонкие пальцы стиснули горло Вити и Саня назидательно оповестил:
— С женщиной нужно обращаться так, как хотел бы, чтобы обращались с твоей дочерью, Бобер.
А я смотрела как Аркаша, приветливо улыбнувшись мне и забирая нож у садящейся на стул Таши, присаживается на край стола, вглядываясь в лицо Рва, сжавшего челюсть и исподлобья недобро глядящего на него.
— С женщиной? — прокашлявшись, улыбнулся Витя, со значением отложив свою ксиву на край стола и проводя рукой по покрасневшей шее.
"Кронпринцы одновременно негромко и в унисон рассмеялись. Аркаша, протянув руку, сцапал фейсерские корочки. Раскрыл их и без интереса оглядывал, пока я усаживалась на стул, повинуясь просительному жесту Таши, тронувшей меня за локоть. И смотрела на Бобра, быстро теряющего спесь, когда Саня, прикусив нижнюю губу, окидывал его взглядом с ног до головы.
