Автор
В июле 1918 года, когда земля покрылась первыми цветами, барак у заводских рядов пустовал почти полностью. Соломенные матрасы и доски служили ватаге рабочих-мужчин лишь временными кроватями. Пение птиц и легкий ветерок за окнами создавали необычайно спокойную атмосферу, напоминающую времена мирной жизни перед войной....
Идеалы коммунизма должны быть подкреплены соответствующим законом. Так они быстрее войдут в нашу жизнь.
Жидунов лишь хмыкнул на мою речь, но возражать не стал.
— Подготовишь аналитическую записку, после чего покажешь мне. Сильно об этом не распространяйся. Еще кто не так поймет, сам можешь свою голову подставить.
Я поблагодарил секретаря, попутно попросив его выписать мне какую-нибудь бумагу, что я работаю от имени комсомола. Вот тут он хекнул слегка недовольно и посмотрел на меня с подозрением.
"Заверив Георгия Юрьевича, что все будет «пучком», я принялся за дело. Конечно, я не забывал и об остальных делах, что взвалил на свои плечи. Поэтому сбор материалов затянулся аж до середины августа. Но в итоге дело было сделано, наведя меня на грустные мысли.
Первое — декрет оказался слабо проработан. В нем давались указания, но не было расписано, как их выполнить.
И вот тут декрет, которому следовали директора, вступал в клинч с законодательством СССР. И выигрывал. Придерживались именно декрета, наплевав на законы. И никакой суд не вставал на сторону рабочего! До него просто не доходило.
После этого я снова ознакомился с речью Сталина и пришел в ужас. Стало ясно, что скорее всего коллективизация будет принята либо также декретом, либо близко к этому. Причем все будет прописано очень обобщенно, как в самой речи.
Единственное, что я могу сделать в такой ситуации — попытаться максимально подробно расписать будущий декрет или что там будет в соответствии с нынешним законодательством. Дать четкие определения (чего кстати не было ни в декрете о «семичасовом дне», ни в той же речи Сталина). Например, кто такой «кулак», а кто «середняк».
