Автор
Контракт на материнство introduces шаткую семью, где отец приглашает незнакомого мужчину стать временной опекуншей для его дочери. Ситуация наполнена стрессом и опасностями, когда невольный друг оказывается в центре коварных планов заурядного миллионера.
— Нет, не подходите, — выставляю ладонь перед собой, словно это может меня как-то спасти. Неужели это происходит со мной? Нет-нет, такое бывает только в фильмах! Что ему нужно? Деньги? Телефон? Или… нет, об этом даже думать не хочу."
"Из-за того, что переулок плохо освещен, я не могу разглядеть лицо мужчины. Мне бы закричать, позвать на помощь, но голос не слушается меня. Я впервые в такой ситуации, мозг отключается напрочь, мышцы деревенеют, и все что я могу, — с безумным страхом пялиться на то, как мужчина надвигается на меня, с каждым шагом сокращая между нами расстояние.
Я дышу быстро-быстро, сердце с силой бьет в грудную клетку, все звуки вокруг исчезают. Есть только глухие удары подошв ботинок незнакомца об асфальт, которые, кажется, оглушают меня. Когда он подходит ко мне почти вплотную, я наконец-то собираю всю свою отвагу и срываюсь с места. Но меня подводят ненавистные старые сапожки. Каблук отламывается в самый неподходящий момент, нога выворачивается, и я лечу на землю.
— Осторожней, — раздаётся низкий хриплый голос, и сильные руки перехватывают меня, спасая от падения.
— Отпустите меня, — пищу, а самой становится так жаль себя. Никто не придёт мне на помощь, никто не спасёт. А может, это и к лучшему — умереть вот так, чем остаться без крыши над головой и средств к существованию? Додумать не успеваю, так как в мои мысли врывается мужской голос:
— С вами все в порядке, Дарья?
— Что? — Я резко отскакиваю от мужчины, освобождаясь от его тяжелых объятий, и с недоумением смотрю на него, моргая часто-часто.
Тусклый луч уличного фонаря падает на его лицо, и я с удивлением узнаю в нем Волкова.
— Это… это вы? — от страха зуб на зуб не попадает, и я заикаюсь, прежде чем наконец-то начать нормально произносить слова.
— Простите, если напугал, просто заметил, что вы завернули в переулок, а на моей тачке сюда не заехать, вот и пошёл следом.
— Ладно. Ага. — Прихожу в себя понемногу, но не знаю, радоваться мне, что это оказался Артур, или нет. Оглядываюсь по сторонам, но мы по-прежнему одни в переулке. По позвоночнику проходит неприятный озноб, да что и говорить, этот мужчина и раньше пугал меня до чертиков, а оказаться с ним в безлюдном месте поздно вечером подобно кошмарному сну. — Что ж, я тогда пойду.
— Погодите. Я отвезу вас, вы наверняка ногу подвернули.
