Автор
Контракт на материнство introduces шаткую семью, где отец приглашает незнакомого мужчину стать временной опекуншей для его дочери. Ситуация наполнена стрессом и опасностями, когда невольный друг оказывается в центре коварных планов заурядного миллионера.
Часы, — указывает на запястье, где до этого всегда красовались модные смарт-часы, — и еще парочку гаджетов сбыл на радиорынке, но удалось собрать только восемьдесят тысяч, — устало вздыхает он, собирая со стола разбросанные купюры. — Этого, конечно, недостаточно, но для начала нормально, да, малыш? — нервно усмехается, перетягивая резинкой пачку с деньгами.
— Да, Коль. Жаль только, что ты сейчас бросился искать деньги, а не полгода назад хотя бы, — произношу устало, подходя к раковине с грязной посудой.
— Я не понял, это сейчас был упрек? Я же все объяснил, да и не мог ниоткуда деньги взять.
— Ты мог хотя бы мне сказать, — злюсь и с силой бросаю обратно в раковину тарелку. Из глаз невольно катятся слезы, день и так был отвратительным, еще и это…
— А что бы от этого изменилось? Или ты бы деньги нашла? А, Даш?
— Я бы, может, хотя бы часть собрала, все же столько времени прошло.
— А чего же ты прошлый кредит не погасила, о котором знала? — ехидно спрашивает он.
— Ты сейчас серьезно? — разворачиваюсь к нему лицом. — Я должна была думать о нем? Я, а не ты? Помнится, ты сказал, что месяца через четыре все погасишь. Я и думать забыла о том кредите. На тебя понадеялась. Это твоя забота, Коля, тво-я!
— Я, вообще-то, брал его для нас с тобой. Чтобы с тобой, дурой, ничего не сделали, — чеканит холодно, словно я упрекаю его ни за что.
— Если бы ты не лез в сомнительные дела, ни с кем ничего не сделали бы. Этот спор бесполезен, Коля, лучше думай, где деньги брать. Я не хочу оказаться на улице. Одолжи у кого-то, — настаиваю я.
— Не у кого одалживать, — повышает голос в ответ и сверлит меня хмурым взглядом.
— Отлично, — злюсь еще больше и отворачиваюсь от него, с силой натираю губкой посуду, вымещая на ней свою злость и отчаяние.
Слышу, как Коля встает со своего места, медлит, а потом, не говоря ни слова, выходит из кухни.
