Утро и дождь создают мрачную атмосферу над городом. Капельки стекают по окну, мерцая от мелкого дождя, как будто зеркальце в безликой гостинице или офисе. За окном всё еще одинаково, скучно и уныло – ни одного знака, что вы находитесь за пределами своей страны.
Дверь тотчас распахнулась, и в номер вошли еще двое, тоже в респираторах. Через минуту один из них что-то промычал через маску. Дама перекрестилась и сняла респиратор. Пару раз глубоко вдохнула-выдохнула: порядок, сонный газ в полном соответствии с тактико-техническими характеристиками, успел полностью разложиться в воздухе на безвредные для здоровья составляющие.
— Держи, — сказал по-русски один из вошедших и бросил ей сумку. Та поймала ее и, ловко крутанувшись на каблуках, двинулась в сторону ванной комнаты.
— Не уходи, любовь, — заныл ее недавний кавалер."
"— Перебьешься, — голос у дамочки прозвучал как-то не по-женски низко.
Бородач в кресле вдруг дернулся и оглушительно захрапел.
— Зафиксируй этих.
— Есть, командир — и, достав из сумки моток скотча, брошенный подругой, здоровяк сноровисто принялся обматывать им спящих.
Двое других прошли в кабинет и, как по команде, извлекли шприц-тюбики. Уколов валяющегося на ковре отдельно от собственной папахи, Ису и раскинувшегося в кресле Вову, принялись без особых церемоний приводить их в чувство оплеухами.
— Вставай. — И тот послушно вылез из кресла.
— Пошли, — скомандовал человек, и он вместе с ним двинулся, из кабинета. Следом походкой ожившего мертвеца, заботливо поддерживаемый под локоток сопровождающим шел Иса. В гостиной их ожидало двое: закончивший упаковку тел сонных хранителей, и та самая дамочка, на поверку оказавшаяся вовсе даже мужчиной, хрупким, среднего роста, симпатичным до слащавости блондином.
— На выход, — скомандовал прослушавший поступившее сообщение старший, и все шестеро покинули номер. Шедший последним запер дверь и заботливо поправил висящую на ручке табличку с просьбой не беспокоить находящихся внутри.
Вся компания бодро проследовала через холл к ожидающим их у выхода двум автомобилям представительского класса и загрузилась в салон.
— Поехали, — кратко, по-гагарински, скомандовал старший, и автомобили тронулись.
Чуть погодя, за ними пристроился еще один, неброский синенький «Форд Фокус».
— Как все прошло, Кира? — спросил он у сидящего рядом с водителем.
— Нормально, командир.
— «Холодных» нет?
— Обошлось, слава богу.
— Вот и чудненько, — удовлетворенно молвил старший.
До аэропорта ехали молча. Перед въездом на летное поле к ожидавшему всю честную компанию легкому самолету остановились.
