Утро и дождь создают мрачную атмосферу над городом. Капельки стекают по окну, мерцая от мелкого дождя, как будто зеркальце в безликой гостинице или офисе. За окном всё еще одинаково, скучно и уныло – ни одного знака, что вы находитесь за пределами своей страны.
— Значит, у нас три дня всего! — заорал Кирилл.
— Это понятно, — продолжил тот, даже привычно на него не рыкнув. — Я к тому, что настало время работы над прессой. — Бросил на стол несколько «желтых» изданий и с головой погрузился в чтение.
— Все равно, что-то здесь не то, — упрямо проговорил я.
— А, если поконкретнее? — поднял голову от экрана Кирилл.
— Понимаешь, — я достал из пачки сигарету и принялся в задумчивости катать ее по столу, — наш клиент, между прочим, специалист с репутацией, многолетним опытом и, что самое главное, с обалденным самомнением.
— Кто ж спорит?
— Подожди. Доходящая до абсурда оригинальность, неожиданные повороты сюжета, нелюбовь к повторам, — это все о нем, не забыл?
— Ну.
— А тут вдруг бездарное повторение пошлой бойни годичной давности.
— Может, и пошлая, — заметил Берташевич. — Но шум на всю планету поднялся.
— Все равно, работа по чужому сценарию это не для Режиссера.
— А кто тебе сказал, что Мумбай — не его работа? — вдруг спросил Дед.
— Никто не говорил, просто…
— Там, в Индии все было слишком примитивно, — подсказал Кирилл.
— Именно, — согласился я, — до крайности тупо и жестоко. Совсем не в его стиле.
— А, может, и был такой заказ, чтобы тупо, жестоко и примитивно, — Сироткин отложил в сторону обработанную газету и полез через стол за сигаретой. — Ты же помнишь, командир, какая там была паника и в какой жопе оказались все до единой спецслужбы.
— Допустим.
— Это я к тому, что к совещанию спецслужб в Москве наш друг подготовил небольшой сиквел по индийским мотивам.
— А кто-нибудь опять с удовольствием возьмет на себя ответственность, — добавил Костя, — из тех, о ком никто и никогда не слышал.
— Все просто и ясно, — подвел итог Сироткин.
— Слишком… — буркнул я.
— Ты опять все усложняешь, командир, — тихо сказал Кирилл.
Женя очень нехорошо посмотрел на него и с видимым усилием вернулся к обработке желтой прессы.
— Может и усложняю. Я сам был бы рад ошибиться, — дальнейшие события показали, что не все наши желания исполняются.
Глава 9
— Все, больше не могу, — Женя откинул голову и принялся тереть глаза. — Как будто песка под веки насыпали. Берта!
— Чего тебе?
— Ничего. Бери газету и читай вслух, где скажу.
— А сам?"
"— А сам не выспался. Начинай с раздела «Услуги».
— Да, как скажешь, — он взял в руки газету и с большим чувством начал: — Кафе «Ирэн», шедевр кофейного сомелье.
