Осенью 1930 года я прохожу по холодным коридорам Бутырской тюрьмы, где все молчит как в могильном гробу. Длинные потолки из кирпича и тяжелые шаги эхом разносятся вокруг. Безвыходность и тоска навевают думать о том, что ждет людей здесь, под церковью смерти.
И ладно бы просто задерживали, чтобы изолировать человека на время следствия, и не дать ему сбежать, если он окажется настоящим врагом народа. Но ведь следующим шагом становится то, что человека заставляют признаться в том, что он мог и не совершать! Силой! Не собирая факты и улики, как это делает милиция. В итоге ОГПУ боятся не только враги народа, но и абсолютно честные и ответственные граждане нашей страны. Боятся и ненавидят.
Я сглотнул. В горле пересохло, но мысль свою еще и не закончил, поэтому продолжил, пока товарищ Сталин снова меня не перебил.
— Второе — в большинстве случаев, как я понял, под обвинение вредительства подпадает обычная ошибка человека. Мы же не механизм какой-то. Бывает, и забыть что-то можем. Тот же рабочий смену отпахал за станком, а перед уходом выключить его забыл. Или деталь уронил, она в механизм попала, а как другой заступил и включил станок, он сломался. Виноват рабочий, уронивший деталь? Безусловно. Но сделал ли он это нарочно? Вот здесь и нужно разбираться! Очень может быть, что он даже не заметил, как это произошло.
— Один получит наказание, другие впредь ответственнее будут, — заявил мрачно Сталин.
— Врать они будут! — не согласился я с ним. — Если у человека не будет права на ошибку, он будет бояться. Все мы ошибаемся. Этого не отменить. Но если люди будут знать, что за любую ошибку их могут под расстрел подвести, они из страха будут врать, когда ошибутся.
— Можете привести пример? — тут спросил Иосиф Виссарионович.
— Да легко! У нас вот станки на заводах появляются. Многие рабочие только учатся, как их эксплуатировать. Ошибки здесь неизбежны. И вот рабочий допустим в не правильной последовательности включил станок, из-за чего он задымился и перестал работать. Человек испугался, что его обвинят в саботаже, после чего заберет ОГПУ и отдаст под расстрел.
