Осенью 1930 года я прохожу по холодным коридорам Бутырской тюрьмы, где все молчит как в могильном гробу. Длинные потолки из кирпича и тяжелые шаги эхом разносятся вокруг. Безвыходность и тоска навевают думать о том, что ждет людей здесь, под церковью смерти.
О чем не сказал."
"— Ну ладно, позвони ему, договорись тогда, — пожал я плечами.
Дальше мы перешли к текучке. Письма рабочих с заводов на мое имя продолжали поступать, только к ним добавились пожелания здоровья и скорейшего выздоровления. Весть о том, что я попал в больницу, мигом пронеслась по всем ближайшим предприятиям. Андрей скрупулёзно все письма сортировал, и уже появилось семь стопок от семи предприятий, на руководство которых жаловались работяги. С ними я ознакомился в первую очередь, намечая предстоящий маршрут своих проверок.
Иосиф Виссарионович никаких новых заданий мне не дал, лишь справился о моем здоровье, да слегка пожурил, что не берегу себя, да ему сразу не доложил, что за работу я уже принялся. В целом моей деятельностью он был доволен. Похоже, роль эдакого «пугала» в моем лице его полностью устраивала. О чем он мне вскользь сам проговорился:
— … вы, товарищ Огнев, себя берегите. Иначе кто будет партию от случайных людей в ней и откровенно вредных элементов чистить? ОГПУ-то вы от этого дела отстранили.
— Это когда я успел? — откровенно удивился я такой претензии.
На что Сталин лишь усмехнулся, напомнив, как я возмутился низкой квалификацией сотрудников этой структуры и что теперь не они занимаются выявлением саботажа и воровства на предприятиях, а в основном я. Только другими методами.
— Целую структуру все равно не заменить одному человеку, — резонно заметил я в ответ.
— Этого от вас и не требуется.
Уходил я от него в легком недоумении. Вроде и похвалили и сопереживание показали, а в то же время — намекнули, что уже и заменить меня можно. Чтобы не зазнался что ли?
Андрей до Алксниса дозвонился и договорился, что мы встретимся на следующий день утром.
Когда я приехал к Якову Ивановичу, тот встретил меня улыбкой, поинтересовался, как мое здоровье, после чего перешел к сути дела, зачем он меня вообще искал.
— Сергей, ты вот на последнем совещании про реактивные самолеты упоминал, так?
— Было дело, — кивнул я.
— Нашли мы специалиста, что этой темой занимается. Но раз уж идея твоя, я подумал, вам вдвоем сподручнее будет это дело обсудить. А то у нас даже не все понимают, что ты конкретно имеешь в виду под такими самолетами. Ты же сейчас свободен?
Я кивнул.
— Тогда поехали. Познакомлю вас.
