В тяжёлой битве дождя и ветра, стену обкатывали хлопья капель, как бы отражаясь в стеклах. Шелестов сидел в кресле, прислушиваясь к пилотской рубке, где мотор гудел и фюзеляж дрожал. Перед ним, над головой Буторина — виднелись его стриженые волосы под ежиком.
Перекатившись несколько раз, он вскочил и, чуть прихрамывая, побежал к переливной трубе. Буторин остановился в нескольких метрах от брошенной машины и буквально выпрыгнул из кабины, держа автомат в руках. Одного взгляда вокруг достаточно, чтобы понять, что засады нет. Подбежав к машине, Буторин заглянул внутрь. На переднем сиденье была кровь. Значит, и правда ранен! Бардачок открыт, и оттуда торчит уголок бумаги, какой-то бланк немецкого документа. Вон даже немецкий орел на бланке виден. Нет, не время! Некогда тут смотреть! Буторин бросился к трубе и тут же услышал треск автоматных очередей ППШ.
Теперь Буторин побежал на звуки выстрелов не скрываясь. Вот еще очередь, и еще! Подбежав к трубе, оперативник высунул голову, готовясь сразу отпрянуть назад, если возникнет опасность. Но опасности не было. На той стороне, у лесочка, стоял зеленый ГАЗ-61 с мятой крышей и без заднего стекла.
– Ты стрелял? – подбегая к Когану и становясь рядом, спросил Буторин. – Я так и знал, что здесь его должна ждать машина. Что там?
– А хрен его знает! – зло бросил Коган и сплюнул.
"Оперативники неторопливо стали обходить машину с двух сторон. Ожидать от диверсантов можно было чего угодно. Буторин, обходя машину слева, со стороны водительской двери, заметил, что в кабине кто-то есть. И, судя по разбитому заднему стеклу и двум пулевым пробоинам в задней части корпуса, пули Когана достали этого человека.
– Витя, тихо! – вдруг крикнул Коган. – Слушай! Слышишь? Что-то шипит.
Но Буторин теперь уже и сам услышал шипение, да еще с характерным потрескиванием. Еще два шага, и стало понятно: в траве шипел и бежал огонек по бикфордову шнуру. Он уже почти находился под капотом машины.
– Бежим, взорвется! – закричал он и бросился назад, падая в траву и откатываясь как можно дальше.
Взрывом машину чуть качнуло, но потом взорвались бензиновые пары в карбюраторе и бензопроводе. Оглушающий хлопок, следом за взрывом по глазам ударила яркая вспышка. С машины сорвало крышку капота, огненный шар вспух над двигателем и опал, разбрызгивая во все стороны огненные щупальца. Теперь очередь за бензобаком. Буторин и Коган прекрасно понимали, чем это им грозит, и, вскочив, бросились бежать подальше от машины.
