Автор
Я стояла у мойки и глядела на сырую курицу присланную французами. Все ей нравится – белая, хрящица и мясистая. Но что же со мной делать? Вчера домашние категорично заявили: отварного цыпленка больше не хотим. Наши кулинары могут приготовить из бройлера множество вкуснейших деликатесов – сациви, заливное и паста....
Для тысячи европейцев имя Бови – символ мужества и победы над болезнью.
Я вытащила блокнот и принялась диктовать буквы. Сложилось первое слово – Надя. Пришлось объяснить, что старшая девочка пока не найдена, но я прямо сейчас поеду к одному человеку, который, может быть, прольет свет на ее судьбу.
Лидуша снова наморщилась, я опять стала называть буквы. Постепенно на бумаге возник адрес – улица Баранова, дом шестнадцать, Анатолий.
– Ты хочешь, чтобы я съездила туда?
– Да, – подтвердили веки.
– Не волнуйся, сделаю, только ответь, ты знаешь что-нибудь о письме из адвокатской конторы, о наследстве?
– Нет, – сообщила Лидуля и бессильно закрыла глаза.
По изменившемуся дыханию я поняла, что она заснула от усталости.
ГЛАВА 27
С утра, подгоняемая детективным азартом, я отправилась на Волгоградскую улицу. Дом семнадцать оказался огромным заводом по производству металлических цепей. Я обежала вокруг сплошного бетонного забора. Наверное, Савостин ошибся, не семнадцатый, а седьмой дом. Отъехав несколько кварталов, обнаружила под этим номером детский сад.
Приветливая директриса встретила корреспондента из «Мурзилки» словами:
– Дети любят ваш журнал. А что вы хотите?
Я начала вдохновенно врать. В садик, оказывается, ходит удивительно одаренная девочка, дочь Алексея Лесникова. В пять лет ребенок, как Моцарт, изумительно играет на фортепиано. Хотелось бы сделать о ней материал.
Директриса глядела на меня удивленно.
– Лесникова, Лесникова… не припомню такой.
– Может, у ребенка фамилия матери, а Лесников, вообще-то, отчим, – предположила я.
Призванные на помощь воспитательницы и нянечки были более чем категоричны. Ни папы, ни отчима с такой фамилией среди родителей нет. Не числился Лесников и среди сотрудников.
– Может, что перепутали? – горела желанием помочь директриса. – Вам точно наш садик нужен?
– Да мне вообще-то не сказали, что тут детское учреждение, – выворачивалась я, – Фонд культуры дал адрес – Волгоградский, дом семь.
– А мы семь «а», – обрадовалась женщина, – дом семь – во дворе школы.
Я побежала туда и уже издали поняла, что снова тяну пустую фишку. Небольшое трехэтажное здание скучно смотрело полуразбитыми стеклами, жильцы выселены, а сами хоромы предназначены на снос.
Разочарованная, залезла в «Вольво» и вытащила атлас. Ну надо же – Волгоградский проспект, Волгоградская улица, Волгоградский переулок, Волгоградское шоссе и проезд Волгина. Все магистрали длинные, на каждой есть как седьмой, так и семнадцатый дом.
