– Ты старался не испытывать сильных эмоций к людям. Тенденция твоего выбора прослеживалась, и я понимала ее. А тут внезапно отец привел какого-то парня к вам домой, тем самым сделав его твоим врагом. Но ты ведь и ненависть к другим едва ли испытывал, поскольку всю ее истратил на своего отца. Даже у тех, кто пытается все просчитать и держать под контролем, случаются просчеты, не зависящие от них. И, кажется, Пи’Лайт – тот самый просчет, который разрушил механизм твоей жизни. Шестеренки больше не крутятся в привычном режиме. – Мара умела тонко подмечать детали и лучше него самого облекла его чувства в слова.
– Это очень… неудобно, – выдавил Мин.
– Пфф, даже я устаю от того, что слишком просто получить. Ты же знаешь, как это работает: всегда хочется того, до чего руки не дотягиваются.
– Давай без твоих извращенных фантазий. – Мину было не до сальных комментариев и насмешек подруги.
– Ладно, прости, – Мара вытянула руки в вай. Она могла быть серьезной, но редко показывала эту сторону. – Так ты говоришь, что тебя не просто влечет к нему, и это настоящие чувства?
– Откуда мне знать, настоящие они или нет? – бросил он раздраженно.
– Иные бы не заставили тебя здесь сидеть и обсуждать это. Ладно, что случилось после вечеринки?
Мин вкратце пересказал случившееся в отеле и всю последовавшую за этим неделю.
– Тебя динамят? Хм, а Пи’Лайт крепкий орешек.
– Похоже, первая школьная любовь отбила у него желание повторять этот опыт.
– Он целовал тебя в ответ, значит ты привлекаешь его. Даже если на уровне пьяного поцелуя. Да и мы оба знаем, что ты хорош собой, богат и умен. Да, у тебя гадкий характер, но типаж холодных засранцев привлекает. Поэтому ты так успешно и выполнял каждый заказ. На парней это тоже действует. Они на тебя часто клюют.
– Лайт другой. Он весь в себе.
– Так похоже на кое-кого. Вот только ты при этом окружаешь себя толпой.
– Он поглощен целью стать врачом и помогать людям, а я слишком хорошо знаю таких людей.
– Не все люди медицины похожи на твоего отца. И ты сам сказал – он не раз тебя выручал. Думаю, твой Пи’Лайт страдает «комплексом спасителя». И если скажешь, что умираешь без его любви, он охотно исцелит тебя.
– Я не влюблен и не умираю.
– Не мне тебя учить, как врать. С каких это пор ты такой принципиальный? Ну тогда ты попал, Вонграт!
– Я не просил этого. И не представляю, как все это будет и зачем вообще мне сдалось!
– Мне самой не верится, что я это говорю, но… может, просто будешь честным?
Истина всегда проста. Это люди слишком сложны, чтобы ее принять. Ибо честность требует от человека довольно многого. Опасно раскрывать душу и давать возможность ранить себя. Особенно тем, кто уже изранен.
– Я не знаю, в чем заключается эта честность.