– Мам, ты в ванной? – крикнул Мин и услышал всплеск воды за дверью.
– Да, я скоро выйду.
– Я беременна, а не ранена.
По его мнению – разница невелика, но он послушно сел на кровать, и, копаясь в телефоне, ждал. Через несколько минут голова мамы показалась из приоткрывшейся двери.
– Милый, я забыла лекарства на кухне. Принесешь, пока я сушу волосы?
Он кивнул и пошел на первый этаж.
Там он заглянул в холодильник, захотев перекусить, и поиски еды немного задержали его. Бесшумно вернувшись в комнату, Мин застыл у самого порога, когда услышал, что мама с кем-то разговаривает. Через секунду стало ясно: ее собеседник – автоответчик отца.
– Твой телефон выключен с самого утра. Знаю, ты на операции и, вероятно, там что-то сложное, если она длится так долго. Я лишь надеюсь, что ты приедешь хотя бы завтра, и мы сможем втроем провести оставшееся время. Это наша последняя возможность перед тем, как малышка родится. Для Мина это важно. Мы должны показать ему, что второй ребенок ничего не изменит, и мы любим его так же, как и раньше. Да и из-за нашей ссоры он переживает последние недели, хотя старается этого не показывать.
Мин невольно отступил на несколько шагов, понимая, что мама не должна его заметить. Разговор не предназначался для его ушей. Он расстроился, ведь собирался быть тем, кто позаботится о ней, но все вышло наоборот.
Он подождал, пока она положит трубку, а после, как можно более шумно, будто и не стоял под дверью ранее, вновь зашел в комнату.
– Прости, что так долго. Захотелось перекусить. – Он отдал лекарства и посидел с ней еще какое-то время.
Мин наблюдал, как мама расчесывает волосы, и понимал, что зря усомнился в ней. Его будущая сестра ничего не изменит. А вдруг это будет весело? Он не знал, каково быть старшим братом, но был уверен, что это, как и многое другое, у него получится. Он гордился своими успехами, особенно в учебе. Что, если научиться быть братом так же легко, как решению задач по математике?
Мин заснул ближе к полуночи, засидевшись за компьютером до тех пор, пока глаза не начали слипаться, а держать их открытыми стало удаваться с трудом. Как правило, он глубоко засыпал и пребывал в царстве сновидений до самого утра, но в этот раз что-то заставило его проснуться посреди ночи.
Ему показалось или он что-то слышал?
Мин потянулся и, растерянно оглядываясь, вспомнил, что остался в доме один с мамой. Может, она звала его? Выбравшись из кровати, он выглянул в коридор – там стояла тишина. Он не боялся темноты скорее из-за уверенности, что дом всегда наполнен людьми, и ощущения безопасности, которое безоговорочно укоренилось в привычном окружении. Однако что, если в дом забрались воры, а они здесь одни? Хотя на такой случай у них имелась сигнализация.