Васька не может проснуться, даже когда в избе открывается входная дверь. Он медленно привыкает к свету, словно зеркало погружается в глубокий пруд. Дыхание сестры и храп старшего брата создают непрекращающий ритм — мелодию ночи, которая заставляет Ваську снова опускаться в забытье. Копейщик — это история о том, как маленький человечек держится на грани между сном и реальностью, а его мир тесно переплетен с узорами обычной семьи....
Пошли…
Они заняли места, засветили приказку княжны и приготовились ждать. Ждали недолго. Как раз минут через двадцать из-за ближайшей скалы показались передовые бойцы преследователей. Вася единственный, кто наблюдал за приближением противника. Остальные от греха попрятались за камнями, ожидая команды.
Макар угадал, впереди шли трое конных и торили путь. Над передней лошадью было видно зеленоватое свечение, она шла под усиливающем заклятием, хотя и все равно не шибко. Там, где Васина десятка проходила на снегоступах по верхнему насту, лошади глубоко утопали в снегу.
«Не так уж хорошо они и подготовились, — подумал Вася, — Хотя, для тех, кто снега раньше в глаза не видел справляются неплохо. Да еще и нас догоняют». Небыстро, но верно колонна двигалась к выходу из ущелья.
"Что он хочет, угадать было не трудно. Его лошадь порядком устала, и он хотел, чтобы торящим путь, стал другой. Требование может и справедливое, только место для перестроения он выбрал не самое удачное.
Первым же залпом цапли лишили всех трех передовых коней своих седоков. Вася придержал одного из цапель за рукав:
— Коней.
Лучник кивнул и натянул лук. К чести Цапель, лошади погибли почти без мучений. Видать по всему, в своей прежней довоенной жизни хорошо научились укладывать крупного зверя.
Как оказалось, у противника стрелки тоже имелись, только топали они где-то в середине растянутой колонны. Вася отметил это как существенный недогляд их вожака.
