Васька не может проснуться, даже когда в избе открывается входная дверь. Он медленно привыкает к свету, словно зеркало погружается в глубокий пруд. Дыхание сестры и храп старшего брата создают непрекращающий ритм — мелодию ночи, которая заставляет Ваську снова опускаться в забытье. Копейщик — это история о том, как маленький человечек держится на грани между сном и реальностью, а его мир тесно переплетен с узорами обычной семьи....
— Странно, — директор побарабанил пальцами по столу, — Разве я говорил, что его приму?
Старший секретарь на это ничего не ответил, и только преданно таращился на директора. По правде сказать, он теперь и сам уже не мог припомнить точно, но почти убедил себя, что да «говорил».
— Ну, хорошо. Зовите. Да… И можете идти, дожидаться меня не нужно.
Старший секретарь кивнул, он и сам понимал, что «оружейник» здесь надолго не задержится, и пошел звать его в кабинет. Директор склонил голову над очередным документом. Некоторых настырных посетителей, полагающих, будто встреча с директором компании как-то им поможет, он принимал, не отрывая взгляда от бумаг.
Директор слышал, как посетитель вошел в его кабинет, но продолжил читать, зная по опыту, что какое-то время тот подождет в расчете, что на него обратят внимание, а потом либо уйдет, либо заговорит. Минута проходила за минутой, а посетитель молчал. Директор даже забыл про него и был удивлен, когда, дочитав документ, поднял голову и обнаружил, что тот по-прежнему здесь.
Он посмотрел в серые глаза своего гостя и ему почему-то захотелось извиниться за свою «забывчивость». Но директор не был бы директором, если бы не умел быстро брать себя в руки. Он невозмутимо продолжил разглядывать посетителя, и на его лице сначала отразилось что-то вроде недоумения, а затем брови над его переносицей угрожающе сошлись:
— К чему это представление? — сказал он сурово, — Или вы надеялись, князь, что я вас не узнаю? В таком случае вы ошиблись, ваш облик мне описывали довольно подробно.
Суровая отповедь не вызвала на лице Вереса ни тени раскаяния, но заговорил он тем не менее довольно миролюбиво:
— Не сомневаюсь, что описывали. Но если бы я записался в этой вашей книжечке как урский князь, то полагаю, вы бы меня не приняли.
— Вы правильно полагаете. Мы не вмешиваемся в политику, потому что это, извините за тавтологию, — политика компании, — директор подвигал из стороны в сторону затекшей шеей и покривился, — А после подобного трюка с вашей стороны, полагаю, нам и вовсе не о чем говорить.
— Как раз в этом нет никакого трюка. Со вчерашнего дня я на самом деле новый глава гильдии оружейников.
— Поздравляю, — безрадостно сказал директор, — Но мы оружием не торгуем и, сразу скажу, деньги в долг не ссужаем.
— А я не собираюсь предлагать вам оружие или просить в долг, — ответил Верес, — Но, пожалуй, насчет трюка вы все-таки правы.
