Васька не может проснуться, даже когда в избе открывается входная дверь. Он медленно привыкает к свету, словно зеркало погружается в глубокий пруд. Дыхание сестры и храп старшего брата создают непрекращающий ритм — мелодию ночи, которая заставляет Ваську снова опускаться в забытье. Копейщик — это история о том, как маленький человечек держится на грани между сном и реальностью, а его мир тесно переплетен с узорами обычной семьи....
Чтобы продолжить опыт учителю пришлось зашикать и замахать руками, утихомиривая учеников. Новый испытуемый все-таки успел разрядить ответное заклятие, но, по всей видимости, уравновесить силы ему не удалось. В воздухе полыхнуло зеленое нифриловое пламя, и парта незадачливого ученика загорелась. К вящей всеобщей радости пожар тушили всем классом. Хухля же при этом хохотал так самозабвенно, что на свою голову привлек внимание учителя.
— Я вижу, месье Хухля, вас весьма забавляют неудачи ваших товарищей, — вкрадчиво произнес Франсуа.
— Да, вы не вставайте, Хухля, не вставайте, — Франсуа Семенович подпустил в голос заботливое сочувствие, — Уверен, вы справитесь и так. Готовьтесь!
Хухля так и не успел ничего сделать. Он вдруг обмяк, уронил голову на парту и… засопел в сладком сне.
Ольха, к тому времени, уже разобралась в том, как устроено останавливающее усилие. В нем не было совершенно ничего сложного. Нападающее заклятие останавливалось чистой встречной силой. Это было и предельно просто, и в то же время, очень трудно выполнимо. Она вынула из ослабевшей хухлиной руки его пятнадчик и зажала в ладони, вчитываясь в его содержимое.
В основе устройства лежал один из вспомогательных образов, называемый «глаз».
От преподавателя ее приготовления не ускользнули. Он разбудил Хухлю, язвительно полюбопытствовал как ему спалось, а затем обратился к Ольхе:
— Я вижу, у нас в классе появилась новенькая.
"— Я готова попробовать, — спокойно сказала Ольха и поднялась с места. Как бы ни было важно скрывать свои способности, подтверждать право на посещение любых занятий похоже все-таки придется.
