– Ты бы всё равно взял то, что хочешь. Независимо от моих желаний.
Он молчит, только шумно дышит, опуская руку и задирая платье. Пальцы быстро врезаются в плоть, а на лице Рамиля вспыхивает торжество.
– Кто-то мне врет. Да, девочка? Нравится чувствовать себя непорочной, а меня видеть насильником? – резко отпускает меня, и я стыдливо дергаю подол вниз, а моя собственная влага блестит на чужих пальцах.
Усмехаясь одним уголком губ, Рамиль подносит их ко рту и медленно облизывает. Язык проходит по ¬коже, и это выглядит так безжалостно порочно. Рамиль показывает мне, что я снова соврала, а он легко раскрыл мой секрет. Смотрю на это в ужасе, чувствуя, как внизу что-то сжимается и рождается негасимое томление. Свожу ноги, что не уходит от внимания Рамиля.
– Я не привык бегать за наивными дурочками, которые не понимают собственных желаний, Марьяна, – произносит он медленно. – У меня нет на это времени. Ты права. Моя жизнь полна опасностей. А ты работаешь на меня, пока не найдется моя жена. Потом, когда я найду ее и накажу за предательство, ты просто исчезнешь из моей жизни. Мы можем провести несколько приятных часов вместе, но я не собираюсь создавать тебе гребаную ванильную романтику. Цветов, серенад не жди. Ты меня хочешь, очевидно. И не надо врать, что это не так. Так что не дури и тащи резинку.
Глава 18
Его приказ звучит как пощечина. Пальцы впиваются в мякоть ладоней, глаза становятся щелками, и я смотрю на Рамиля и думаю, что он никогда не испытывал на себе отказа.
Шлюхи стелились перед красивым властным бандитом, то ли боясь ослушаться, то ли действительно желая его.
Но самодовольные диктаторы и ничего не значащие перепихи не по мне. Я не какая-то дешевка и не на помойке себя нашла.
Мало того, что он не собирается хотя бы припудрить отношения по контракту щепоткой романтики, так еще и показывает мне мое предполагаемое место. В роли девки, готовой раздвигать ноги по щелчку его пальцев!
Сейчас я тебе покажу резинку, гад! Спокойной поступью двигаюсь в указанном направлении, резко открываю дверь и роюсь в бардачке, одним коленом упираясь в светлую кожу сиденья.
Ветерок холодит оголенную кожу, и я ругаюсь от досады.
Рамиль опять забрал мое белье, но больше ничего не получит.
С едва скрываемым выражением триумфа вынимаю длинную полоску презервативов, встряхивая, отрываю один пакетик и думаю, что гад очень запасливый.
Рамиль как будто забыл о моем присутствии, пока я занималась поисками, но стоило мне подойти, как он тут же плотоядно осклабился с выражением довольного папочки, чья дочь послушно выполнила наказ.
Надрываю пакетик, держа его прямо перед лицом Рамиля. Он со сдержанным интересом наблюдает за мной. Внутри меня страх перемешивается с бурлящим адреналином.