– Не переживайте, ничего страшного, – говорю я, не желая давать новой пищи для слухов. Моя фраза может означать что угодно. Срок маленький. Или я только собираюсь забеременеть. Их должно волновать лишь то, что я одарю их честью своего присутствия на маскараде.
– А он пойдет вместе с нами? – спрашивает со страхом белокурая красотка с ярко-голубыми глазами. Камал в это время подошел к нам с недовольным видом, но я знаю, что прилюдно он не будет устраивать мне взбучку.
– Да, он всегда ходит со мной тенью, даже в… Ну, вы поняли куда… – улыбаюсь я и запрокидываю голову назад, смеясь так, как это делала Роксолана. Томно вздыхаю и кладу руку на плечо Камалу, встав с ним рядом. – У вас найдутся лишние маски для нас?
– Маски дают на входе, – радостно улыбается одна из девушек. – Тогда мы пойдем пока, вам же надо переодеться, – хлопает ресницами брюнетка с большими наивными глазами, оглядывая меня с ног до головы.
– Говорю же, на «ты», – мягко поправляю я девушку, и она радостно кивает, присоединяясь к подружкам, а я думаю о том, что у меня совершенно неподходящее платье для маскарада. Но если я зайду в номер, то Рамиль может проснуться и всё испортить. Что же делать?
Глава 20
Рамиль"
"Запуская руку в карман, сжимаю трусики Марьяны в руке. Пиздец, таскаю с собой женское белье. Фетишист хренов. Того и гляди, начну мять в руках и вспоминать девчонку с наглыми глазами.
Но сейчас нельзя о ней думать, не тот момент. Нельзя забивать мысли похотью, на кону жизни, в том числе и жизнь Марьяны.
Мягкий шелк слегка холодит пальцы, отвлекая от гадкого зрелища. Едва сдерживаю отвращение. Рашид вальяжно расположился на красном диване с двумя девками по бокам. Просторная ВИП-комната бойцовского клуба спрятала нас от посторонних глаз.
Раскинув толстые бедра в стороны, нежится от внимания продажных шлюх, которые будто вросли в его толстые бока. За бабки готовы продаваться и лживо благоговеть даже перед мерзким жирным стариком. Из него уже труха сыплется, и легко можно почувствовать запах тлена, но деньги перебивают самые стойкие запахи.
– С чем пожаловал, Рамиль? – лениво вопрошает Заманов, щурясь от кальянного дыма. Терпкий аромат кружит голову, забивает ноздри и создает вокруг слипшейся троицы белесую дымку.
Скольжу взглядом по голым бедрам шлюх. Их яркие провокационные платья не скрывают совершенно ничего, груди вываливаются из декольте, но ненароком отмечаю, что меня не трогают их выставленные напоказ прелести.
Никак. Их нагота оставляет равнодушным, внутри не ловит крючком, в отличие от дерзкой девчонки, которая так открыто выражает свои чувства, что не знаешь, как на это и реагировать. Впервые такой растерянный стал. Надо с этим что-то делать.