В "Копья и пулеметах" из рук автора выплескивается живой портрет истории как непрерывной, но часто разрывчивой реальности. Тут не только мятежи и войны, но и их огромные следы в судьбах обычных людей. Атмосфера книги — это дрожание между событиями далеким прошлым и настоящим, когда каждая мысль может стать предвестником исторического переворота....
Многие хозяева баррикадировали свои фабрики, превращая их в сущие маленькие крепости, и оставляли там на ночь всех, кого могли: солдат, приказчиков, мастеров.
Некий мистер Бертон из города Мидлтон, защищая свои станки, собственноручно убил пять луддитов, за что их товарищи по борьбе сожгли его дом, а самого пытались убить, но покушение не удалось. Другой фабрикант, Хорофолл, с помощью бог весть каких связей раздобыв пушку армейского образца, поставил ее во дворе фабрики, пробив амбразуру в стене.
Уильям Аркрайт, узнав, что и на его фабрику готовится нападение, приготовился защищаться не на шутку: во дворе расположилось подразделение солдат регулярной армии, на лестницах и в переходах разбросали шипы-колючки, такие, как в прошлых войнах использовались против конницы и пехоты врага, а на крыше в лучших традициях Средневековья поместили опрокидывающийся чан с кипящей смолой.
Луддиты нагрянули отрядом примерно в 150 человек.
Часто случалось, что параллельно с выступлениями луддитов бунтовали и горожане, но уже по своим причинам – против дороговизны продуктов. Не всегда это приносило успех, но в некоторых городах торговцы были вынуждены снизить цены на хлеб и картофель – основную пищу бедняков.
В январе 1816 г. произошло событие, опять-таки не имевшее никакого отношения к луддитам, но показавшее отношение бедноты к власти, даже к высшей: когда принц-регент, будущий Георг Четвертый, ехал на открытие сессии парламента, его экипаж окружила и долго не давала проехать толпа лондонцев из городских низов, перебивших камнями все стекла в его карете. Случай в истории Англии уникальный.
