В "Копья и пулеметах" из рук автора выплескивается живой портрет истории как непрерывной, но часто разрывчивой реальности. Тут не только мятежи и войны, но и их огромные следы в судьбах обычных людей. Атмосфера книги — это дрожание между событиями далеким прошлым и настоящим, когда каждая мысль может стать предвестником исторического переворота....
Как законопослушный британец, Тревитик остановил повозку у первого попавшегося на пути шлагбаума и спросил:
– Сколько с меня?
Сборщик пошлины поднял шлагбаум и, стуча зубами и трясясь от страха, пролепетал:
– Да что вы, ни пенни… Проезжайте уж, господин дьявол…
Конструкция 1801 г. Тревитика не удовлетворила, и он стал создавать новые. Успешно испытав их в 1802–1803 гг. в графстве Корнуолл, он построил несколько однотипных повозок. И, будучи в человеком практичным, решил не публику эпатировать, а заняться реальным и доходным в те времена бизнесом – междугородными пассажирскими перевозками.
Дело не заладилось с самого начала. Консервативные англичане (как, возможно, и мы бы с вами на их месте) откровенно побаивались диковинной новинки, отчаянно дымящей и как-то ухитрявшейся ехать без лошадей. Всей прибыли получилось – сплошные убытки."
"Да вдобавок возбудился Джеймс Уатт. Поскольку на повозках Тревитика стояли паровые машины его системы, он усмотрел в этом какой-то ущерб своим интересам и затеял против бывшего помощника судебный процесс – хотя, по-моему, вполне мог бы вместо этого войти в долю (чего он хотел от Тревитика добиться, мне пока так и не удалось выяснить).
Процесс получился долгим и разорительным для Тревитика – адвокаты всегда были недешевым удовольствием, а уж в тогдашней Англии с ее сложной и запутанной системой юридической волокиты… (Кто читал Диккенса, тот в теме.) В конце концов Тревитик оставил все работы над повозками и построил первый в мире паровоз, предназначавшийся для транспортировки по рельсам из шахты вагонеток с углем.
Испытания локомотива Тревитика состоялись в 1804 г. в одном и 5 горняцких поселков в Ньюкасле и, к сожалению, неопровержимо показали, что локомотив получился слишком тяжелым, а потому неэкономичным.
Характерный пример, пусть и не имеющий отношения к Англии.
