За эти три месяца умерли от недоедания и побоев четыре старца монаха, а один
старик упал в глубокую яму с дерьмом и там захлебнулся, поистине наверное самая
страшная смерть. Своего Рампила я холил и лелеял, мне было просто жаль старика и
он мне платил своей любовью и всячески учил своему исскуству иллюзий. Теорию я
почти знал наизусть, только мне бы хоть капельку прежней силы и я мог создавать
различные иллюзии. Старик меня успокаивал и говорил, что он чувствует во мне мощь
богов, только надо ее разбудить. Ну это я и сам знал и понимал.
От раздумий меня отвлек крик в глубине таверны. Я подтянув бочку поближе к
отхожей яме, сидел в тенечке на улице опираясь на стену.
Забежав во двор, увидел, что два охранника таверны своими дубинками отхаживают
тщедушного старика и он весь в крови. Ни минуты не раздумывая я ринулся на защиту своего напарника. Благо сходу одного угостил маваши-гири, так что тот
ударился о стену и изо рта у него выплеснулась кровавая юшка. Второй хотел ударить меня своей дубинкой, но я отклонился и с разворота ударил его пяткой по
затылку. Он упал неподвижно. Схватив старика в охапку, я погрузил его на бочку и
запрягшись в постромки быстро утянул ее со двора.
А вечером к Гарту пришел хозяин таверны со стражниками и свидетелем и они пытались с золотаря получить штраф, видимо хозяин корчмы дал на лапу стражникам и
они сейчас пытались выдавить деньги с него за избиение своих работников.
А мне старший стражников, под злорадные взгляды корчмаря, назначил десять ударов
плетью. Для меня это был смертный приговор. Гарт как не уговаривал снизить мне
количество ударов, стражник был неумолим.
Когда меня растянули на лавке для экзекуции, я сквозь зубы поминал свою судьбу
и проклинал всяких сволочей, придумавших такие страшные наказания и приговаривал
про себя, если выживу, то сожгу весь этот остров к чертовой матери.
Злясь и матерясь про себя сознание потерял на восьмом ударе.
В углу барака, последнего пристанища монахов-илтингов, в круг собрался весь
высший совет храма Великой богини Тинареллы. Ант, отец Леоры, еще на корабле
просвятил высший совет о пророчестве *Око Элтира* Ромдаля и тогда же монахи
поняли все безумные крики ясновидящего старца, в момент его убийства.
Теперь же они держали совет, пробуждать ли силу, у лежащего сейчас в беспамятстве молодого человека.
- Ант, я сегодня почувствовал всю мощь этого парня - начал говорить Рампил -
- и его злобу на весь наш мир. Я боюсь если в нем пробудиться бог Ктулху,
без нашей помощи, то весь Палтус содрогнется и потонет в крови и разрушениях.