В эпицентре землетрясения – жилой микрорайон Новый Ингершам, где жизнь не спит ночью. Многие отдыхают и веселятся до утра в кафе и клубах. Но когда сила земных тectsций сотрясает городок, мирные дни приходят к концу.
– Это осталось после аварии, в которой погиб твой муж? – тихо спросил Алексей.
Вера, смутившись, поспешно убрала руку со стола и одернула рукав.
– Вовсе нет… Но из-за этого я не ношу платья с коротким рукавом, – тихо сказала она. – Прости…
– За что ты извиняешься? – удивился Воронин. – А хочешь, я покажу тебе все свои шрамы? Поверь, у меня их гораздо больше, чем у тебя. И от ножей, и от пуль… Так что нечего смущаться.
– Не буду, – попыталась улыбнуться Вера. – Ожог у меня от пожара. Кошмарная выдалась ночка… Теперь вот напоминание на всю оставшуюся жизнь.
– Расскажешь?
– Я не люблю вспоминать те события. Давай лучше поговорим о чем-нибудь другом?
– Тогда я расскажу тебе, откуда у меня это.
Алексей оттянул ворот футболки, и Вера увидела на его загорелом плече шрам от пулевого ранения.
– Господи! – выдохнула она. – В тебя стреляли?
– И не один раз, – ухмыльнулся Воронин. – Правда, не здесь. В Санкт-Эринбурге, когда я служил в Департаменте безопасности. Я прожил там несколько лет, а затем вернулся в Новый Ингершам.
Алексей начал рассказывать Вере о своей службе в Санкт-Эринбурге. Увлеченные разговором, они не замечали, что за ними пристально следят. Напротив кафе в тени раскидистых пальм стояли Виктория Комиссарова и ее водитель Юрий Дегтярев. Выйдя из ворот института, они направлялись к своей машине, но, поравнявшись с летней террасой, Комиссарова внезапно увидела Веру.
– Ты заметил, какой у нее ожог, Юрий? – тихо произнесла Виктория.
– Малоприятное зрелище, – сухо ответил Дегтярев.
– Нечто подобное я и подозревала… У этой стервы он на руке, а у ее девчонки покрывает почти всю спину.
– Откуда вам это известно? – поинтересовался водитель.
– Костя сказал. Я отчитала сына за его выходку на той вечеринке и потребовала объяснений. Этот дурачок признался, что ему понравилась Лера. Уж не знаю, как он выражал ей свои чувства, но кончилось все весьма плачевно. Началась драка, и девчонке случайно порвали платье, в результате ее ожог увидели все, кто в тот момент стоял поблизости.
– Понимаю, – угрюмо произнес Юрий. – Но кто ж мог знать?
– Похоже, с поджогом мы совершили серьезную ошибку, – не сводя глаз с террасы кафе, сказала Виктория. – Просто чудо, что эта семейка не предприняла никаких действий… И, пока ничего не случилось, тебе придется эту ошибку исправить. Понял?
– Разумеется.
