В корабле призраков идет речь о пиратском купце, чей судно стало объектом теневых интересов после серии необычных удастся. Опасные морские путешествия сопровождаются загадочными явлениями, предвещаемыми непривычной атмосферой и странными знаками судна, словно ожившим мертвецом в беседке трюма....
Красиво, правда? Макс настоящий мастер. Да, Макс?
Макс, невозмутимый, как целый тотем индейских богов, кивнул. Что-то странное происходило здесь, больше похожее на ирреальный мир колониального дома, затерянного в сезонах дождей Индокитая. Маленькая белая хозяйка и мрачный туземец-слуга, готовый выполнить любую ее прихоть. От этого странного союза тринадцатилетней девочки и огромного взрослого мужчины мне стало не по себе. Если бы я только могла проникнуть, если бы я только могла понять суть их отношений. Но это было так же невозможно, как попытаться понять суть моих собственных отношений с Карпиком.
– Можно вас на минутку, Макс? – тихо сказала я. – Давайте выйдем…
– Если ты хочешь читать ему вшивые нотации, то я выражаю протест. – Карпик по обыкновению приподняла нижнюю губу.
– Я никому не собираюсь читать нотации. Я просто собираюсь поговорить.
– Если ты не хочешь, чтобы я слышала, я заткну уши, – и, как бы подтверждая серьезность своих намерений, Карпик накрыла голову подушкой и затихла.
– Хотите выпить, Ева? – равнодушно спросил Макс.
– Хочу.
Он плеснул мне вина из плетеной бутыли, которая стояла на столе. Вино было терпким, с хорошим послевкусием. В любое другое время я оценила бы его. Только не сейчас.
– Зачем вы это делаете, Макс?
– Она попросила.
– А если бы она попросила вас взорвать посольство Мозамбика? Или украсть ночной горшок у английской королевы?"
"– Это нереально. Я могу делать только то, что могу, – не очень-то он разговорчив.
– Ладно. Она – маленькая девочка…
– Я не маленькая девочка, – вклинилась Карпик.
– Ты же обещала не подслушивать.
– Хорошо.
Подождав, пока она снова накроется подушкой, я продолжила:
– Она – маленькая девочка. Но вы – вы взрослый человек…
– Ну и что? Я не вижу здесь ничего такого. Если ей нравится…
– Мне очень нравится, Макс, миленький… – снова высунулась Карпик.
– Не думаю, чтобы это очень понравилось ее отцу.
– Ему понравится. Ему нравятся татуировки, – наплевав на обещание, Карпик села в кровати и искоса и с видимым удовольствием посмотрела на свое плечо.
– Вот как! – Это был неожиданный поворот сюжета, и я насторожилась. – Значит, ему нравятся татуировки. Откуда ты знаешь?
– У папочки было три любовницы. И у каждой из них была татуировка.
