В корабле призраков идет речь о пиратском купце, чей судно стало объектом теневых интересов после серии необычных удастся. Опасные морские путешествия сопровождаются загадочными явлениями, предвещаемыми непривычной атмосферой и странными знаками судна, словно ожившим мертвецом в беседке трюма....
– Не идти, а ехать. – Макс хмыкнул, его черный юмор, как ни странно, импонировал мне. – Бобслеем не увлекались в молодости?
– Выросла на юге. Так что извините.
– Ну, это не страшно. Идемте.
Он слез с транспортера и повел нас с Антоном вдоль ленты в самый дальний угол цеха, теряющийся во тьме. Несколько раз я чуть не упала, спотыкаясь о трубы, проложенные прямо по полу.
– Здесь у вас запросто можно нос расквасить, – попеняла я Максу.
– Работа грязная, что же вы хотите. Когда бьешь зверя, а потом колбасишь его на фарш, – уже не до удобств.
Он остановился перед люком в стене. От люка вниз, в пугающую темноту, шел квадратный желоб. Должно быть, именно по нему в трюм морозильной камеры спускают брикеты тюленьего фарша…
– Прошу, – сказал Макс. – Садитесь в желоб и вперед.
Нельзя сказать, чтобы эта перспектива как-то особенно увлекла меня. Увидев, что я колеблюсь, Макс сжалился и первым подошел к желобу.
– Ладно. Первым будет Макс, как абориген и старожил. – Он обратился к себе в третьем лице с нескрываемым уважением.
Он устроился в желобе и исчез в близкой темноте трюма. Через несколько секунд мы услышали его приглушенный голос:
– Давайте.
– Звучит как из преисподней, – сказала я Антону, зябко поведя плечами.
– Конечно. Ведь ад – это не сковородки на огне… Это вселенский холод…
– Очень поэтично… Что-то мы много стали говорить об аде. Вам не кажется, Антон?
– Просто пытаемся описать окружающий нас мир, только и всего…
– Вы, я смотрю, оптимист.
– Есть хорошая история, Ева. – Антону до смерти не хотелось спускаться в трюм, но и оставить женщину он не мог. И потому пользовался любым предлогом, чтобы хоть как-то оттянуть этот момент. – Есть хорошая история… Стоят оптимист и пессимист, в очереди в крематорий. Пессимист говорит оптимисту: “Как перед смертью курить хочется, надо же, – а спички забыл. У вас нет случайно?” А оптимист ему отвечает: “Подождите, сейчас наша очередь подойдет, – от меня прикурите…”
Этот анекдот выглядел в морозильной камере так нелепо, что, несмотря на трагичность ситуации, я улыбнулась Антону.
– Вот я вас и рассмешил.
– А теперь попробуйте меня напугать, и весь спектр эмоций будет задействован…
– Думаю, не стоит…
– Потому что это может сделать кто-то другой? Или что-то…
– Ладно. Я спускаюсь.
Я устроилась на желобе и тотчас же соскользнула вниз. Следом за мной отправился Антон, прижимая к себе вещи.
