В корабле призраков идет речь о пиратском купце, чей судно стало объектом теневых интересов после серии необычных удастся. Опасные морские путешествия сопровождаются загадочными явлениями, предвещаемыми непривычной атмосферой и странными знаками судна, словно ожившим мертвецом в беседке трюма....
– Интересно, каким образом?
– Очень просто Кто-то берет на себя пассажира каюты, уводит его куда-нибудь… А другой в это время осматривает вещи.
– Интересно, как это сделать технически, душа моя? Ведь не все живут по одному. И потом, как мы попадем в каюты? Ведь ключи от них разные. Не красть же их за завтраком, правда?
Карпик сосредоточенно молчала.
– Или ты собираешься выбивать филенки в каждой двери?
Сведения о филенках, расположенных в нижней части каждой каюты, я подцепила из той же лекции второго помощника Суздалева: филенки легко выбивались в случае экстренной необходимости попасть в каюту.
– Нет, – Карпик покачала головой. – Тогда нас сразу раскусят. Будет большой скандал.
– Именно.
– Есть другой способ. Мне Макс сказал.
Опять Макс! Пожалуй, в скором времени я начну разделять опасения Сокольникова относительно этого Макса: за два дня нашего пребывания на судне он основательно обработал Карпика. Кто бы он ни был, но он сотворил мир “Эскалибура” – специально для несчастной хромоножки.
– Интересно, какой? – Я попыталась вложить в свой вопрос как можно больше беспечности.
– Замечательный. Ты же знаешь, что на корабле есть боцман.
– Догадываюсь – Я не только догадывалась, я даже видела этого боцмана пару раз. Это был ничем не примечательный мужчина средних лет: никакой боцманской дудки и пышных бакенбардов а-ля император Александр III.
– Так вот, у каждого боцмана на каждом корабле обязательно есть универсальный ключ от всех кают. Здорово, да! У нашего боцмана тоже есть такой ключ, и он подходит ко всем дверям.
– И ты собираешься попросить у него этот ключ?
– Нет, – просто сказала Карпик. – Я собираюсь его украсть.
– О чем ты говоришь?! Я тебе запрещаю, слышишь! Только этого не хватало! Так мы можем прийти невесть к чему. Я запрещаю.
– Тогда красть придется тебе. Иначе мы никогда ничего не узнаем.
– Я не буду этого делать. И тебе не позволю.
– В воспитательных целях?
– И в воспитательных целях тоже.
– В таком случае ты опоздала. Прошлой зимой, когда я еще училась в Англии, мы ездили на экскурсию, из Брайтона в Лондон… Ну, сама знаешь, всякие там Тауэры, Вестминстерские аббатства, Биг Бэны, музей мадам Тюссо. Ну и так далее. Так вот, я там стибрила три компакт-диска в магазине. И браслет с колокольчиками. И джинсовую рубашку.
