Тюнвиль шагнул вперёд, потому что уже невозможно было находиться на расстоянии от этого обнажённого девичьего тела, которое звало его каждым движением, каждой своей частичкой, но принцесса сделала шаг назад.
– Осторожно, – предостерёг дракон, невольно останавливаясь. – Позади обрыв. Лучше идите сюда… ко мне…
– Значит, считаете меня красивой? – Хильдерика не услышала предостережения или сделала вид, что не услышала, продолжая стоять спиной к морю. – Считаете, я могла бы сделать мужчину счастливым?
– Да, – просто ответил Тюнвиль.
Надо было сказать, что если она позволит, то может осчастливить его на всю жизнь, что для него обладать ею было бы головокружительным счастьем, но почему-то Тюнвиль не смог произнести ничего подобного. Море, небо, ветер, прекрасная обнажённая женщина – всё это наложило печать молчания на уста дракона. Любые слова прозвучали бы фальшиво, он чувствовал это. Наверное, принцесса тоже это чувствовала, потому что не требовала от него красивых слов.
– Благодарю, – тихо произнесла она. – Мне надо было услышать именно это.
Она глубоко вздохнула, запрокидывая голову, и сделала ещё шаг назад, остановившись в двух шагах от обрыва
– Принцесса, осторожнее, – Тюнвиль побоялся говорить громко или броситься к ней, чтобы не напугать. – Не подходите близко к краю.
– Не волнуйтесь, – она оглянулась через плечо. – Я вижу…
Она видела, но не сделала ни шага вперёд, и дракон замер, предчувствуя недоброе.
– Отойдите от края, – повторил он тихо и раздельно.
– Боитесь за меня? – принцесса посмотрела на него с печальной усмешкой. – Не надо. Лучше посмотрите на меня ещё. Мне хочется запомнить ваш взгляд.
– Запомнить?.. – Тюнвиль недоумённо прищурился, потому что то, что началось так хорошо, продолжалось как-то странно.
Страсть схлынула, как и лютое возбуждение, но вместо досады дракон вдруг ощутил страх.
– Ни один мужчина не смотрел на меня так, как вы, – сказала принцесса Хильдерика, по-прежнему не уходя с обрыва. – И я рада, что вы увидели меня не в золотой парче, а вот такой… – она провела ладонями по груди, животу и бёдрам, не отрывая глаз от Тюнвиля.
– Значит, – только сейчас до дракона начал доходить смысл её слов, – ваш муж не видел вас… такой?
– Нет, не видел, – она покачала головой. – Как оказалось, я неинтересна принцу ни женщиной, ни другом, ни даже удобной вещью. Сегодня я это окончательно поняла.
– Я рад, что поняли, – Тюнвиль нахмурился, потому что вопреки ожиданиям никакой радости по этому поводу он не испытал. – Вам давно надо забыть про этого никчёмного человека, вашего мужа. В отличие от него, я…
– Вы такой же, – перебила она его.