Моя кровь стучала в ушах, заглушая его слова, пока я не оказалась под водой и не утонула в море эмоций.
Шок, надежда, страх, восторг, неуверенность... все они смешались, пока не стали неотличимы друг от друга.
— Я не уверена, этого недостаточно, — прошептала я.
Когда-то давно это было бы так. Но мы уже давно прошли этот рубеж.
Челюсть Данте сжалась. Так близко, я могла видеть оттенки золота в его глазах, как проблески света в море тьмы.
— Хит сказал, что все еще любит тебя. Достаточно, чтобы пойти против твоих родителей и меня, чтобы быть с тобой. Но вы расстались два года назад, и он ни черта не делал, пока не узнал, что ты помолвлена.
Тьма вытеснила свет.
— Ты хочешь знать правду, Вивиан? Если бы я любил тебя так сильно, как он утверждает, что любит, ничто бы не помешало мне удержать тебя.
До этого момента я не понимала, как легко одно простое предложение может разрушить нити, скрепляющие мой мир.
— Если. — вздохнула я, мое горло невыносимо сжалось. — Гипотетически.
Золото полностью исчезло, оставив после себя лужи полуночи.
Сардоническая улыбка.
Мое сердцебиение замедлилось.
Время остановилось на короткое, мучительное мгновение, достаточное для того, чтобы наши дыхания смешались.
Затем стон разрушил чары, за ним последовало негромкое проклятие.
Это было единственное предупреждение, которое я получила, прежде чем Данте притянул меня к себе и впился своим ртом в мой.
Я должна была оттолкнуть его.
Мы еще не решили суть наших проблем, и поцелуи — или что-то еще — только еще больше все усложнят.
Я должна оттолкнуть его.
Но я этого не сделала.
Вместо этого я запустила пальцы в его волосы и поддалась искусному нападению на мои чувства.
Крепкая хватка на моей шее. Искусное давление его губ. Как тело Данте прижалось к моему, все его твердые мышцы и жар.
Его рот двигался над моим, горячий и требовательный. Наслаждение затуманило мои чувства, когда его богатый, дерзкий вкус проник в мой рот.
Наш поцелуй на Бали был страстным и импульсивным. А этот? Это было жестко. Первобытно. Захватывающе.
Мои переживания, которые я испытывала ранее в тот день, растаяли в ничто, и я инстинктивно изогнулась в его теле, ища большего контакта, большего тепла, большего.
Я целовала свою долю мужчин на протяжении многих лет, но никто никогда не целовал меня так.
Как будто они были завоевателями, стремящимися прорвать мою защиту.
Как будто они оказались в ловушке в пустыне, и я была их последней надеждой на спасение.
Когда Данте обхватил меня ногами за талию и вынес из комнаты, не разрывая поцелуя, у меня вырвался тихий вздох.
Пока он вел нас по лабиринту коридоров, в моем периферийном зрении мелькали картины в золоченых рамах и золотые бра.