Автор
Я находилась в вагоне поезда, окруженная хлопотами соседки по купе — старушки с сумками и упаковками на всю ночь. Мой батяшка даже несмотрянил силиконовые шумоизолирующие слухи, но это было мало. Несмотря на все усилия, моя нервозность только росла. Так началась череда странностей: внезапные звонки в дверь ночью, непредсказуемые встречи с неизвестными и тайны, скрывающиеся за каждым углом......
— Ч-что?
— Того. Я двигаюсь, ты за мной. Я разворачиваюсь, так ты обниматься лезла. В конечном счете ПРИШЛОСЬ смириться и сдаться. Иначе вообще бы не заснул.
С открытым ртом иду к своим вещам, сразу же прижимая их к груди.
— Врешь?
— Эх, если бы. Я когда отлезть пытался, ты меня за задницу ущипнула. Показать?
— Не-е-ет.
Вообще-то, такое возможно. По утрам я простыню с пола поднимаю. А мама всё детство говорила, что ее дочь — ночная акробатка. Мне ж поэтому в пятом классе кровать огромную купили. На маленькой я уже через час после отбоя на полу валялась.
Суханов что, умеет мои мысли читать? Вон с какой ухмылкой смотрит. Думает, извиняться буду? Не дождется. Пусть вообще радуется. Не каждый день к нему умные девочки клеятся.
— Там точно след остался. Может, побои снять? А что? Буду тебя судом шантажировать. Станешь моей личной Полинкой.
— Если я опоздаю к маме, побоев станет больше, — отвечаю ему, штаны на себя натягивая. — И у меня, кстати, тоже. Систер потом всем родственникам расскажет, как я их на вокзале бросила и пропала.
— Серьезно? И на тебя управа есть? — удивляется парень, отворачиваясь к окну. — Ура! Креветка, хочешь не хочешь, но я должен посмотреть на этого зубастика. Куклу ей куплю. Пусть за меня тебе отомстит.
— Очень смешно, — огрызаюсь, с неохотой откидывая чужую футболку, чтобы в свое облачиться.
Хм, Назар же вроде добрый парень. Интересно, если я у него футболку попрошу, он подарит или покажет маршрут в поле, где крапива растет?
— Слушай, а друзья твои не обидятся, если мы уйдем, ничего им не сказав? — спрашиваю я, когда мы, одетые, из комнаты выходить собрались.
"— Если обидятся, мы в любой момент можем приехать и снова остаться с ночевкой. — Он приоткрыл дверь, просовывая голову в маленький проем. — Удобная кровать, да? — шепотом говорит Назар, переплетая наши с ним пальцы.
— Да иди ты.
— Что? Не понравилось?
Я могла соврать. Скажу честно, я этого хотела. Но когда меня вот так за руку держат, вот так в глаза смотрят — соврать не получается.
— Не знаю. Наверно, понравилось.
— Креветка, я восхищаюсь твоими переменами. Не вздумай меняться, поняла? И да, мне тоже понравилось.
Не вздумай меняться, не вздумай меняться, вряд ли такое возможно. Ощущение, что я навсегда дурочкой останусь, которая то возникает, то тает, как пломбир на солнце.
Все-таки за это утро мне повезло два раза.
