Автор
Я находилась в вагоне поезда, окруженная хлопотами соседки по купе — старушки с сумками и упаковками на всю ночь. Мой батяшка даже несмотрянил силиконовые шумоизолирующие слухи, но это было мало. Несмотря на все усилия, моя нервозность только росла. Так началась череда странностей: внезапные звонки в дверь ночью, непредсказуемые встречи с неизвестными и тайны, скрывающиеся за каждым углом......
Планы завоевания придумывают.
«Привет, носороги. Располагайтесь. Чувствуйте себя как дома. Кажется, вы здесь надолго».
Я замираю, когда пальцы Назара обхватывают мою шею, а спина касается холодной стены. Но парень будто так и ждет моей реакции, чуть наклонив голову, опаляя своим дыханием мою кожу. Кажется, сейчас мне хочется самой на него наброситься, но…
— Назарчик, приветик. — Но проходящая мимо коза неожиданно шлепает МОЕГО Суханова по заднице и, смеясь, скрывается за углом.
Вопрос: почему приличной и неконфликтной Полине резко захотелось стать парикмахером и проверить на прочность волосы этой нахалки ряженой?
— Да, Назарчик, приветик, — нараспев повторяю фразу, чувствуя, как у носорогов выросли рожки, а глаза налились кровью.
«КРУ-ШИТЬ».
Так, кто-нибудь, сотрите с физиономии Суханова эту идиотскую ухмылку.
Я не ревную. Точка.
— Ну…
— Что «ну»?
— Поздоровалась, теперь можешь тоже шлепнуть.
Ух, я шлепну. Так шлепну…
— Да иди ты.
Разворачиваюсь и иду в сторону двери с надписью «Строго для девочек».
— Полин… Креветка, не ревнуй, моему заду не понравилось.
Хм-м-м.
Вот пусть этот наглый красавчик возле женского туалета попасется. Вряд ли он делал подобное раньше. Ы-ы-ы. Так и хотелось голову высунуть и закричать, мол, а вам, мартышки, слабо?
Постояла, подумала и все-таки высунулась.
Стоп.
Не поняла.
Я, значит, тут думаю, что он, словно тигр в клетке, места себе не находит, уверенный, что я обиделась, а он…"
"А этот гад с девкой какой-то разговаривает.
Уже.
При живой мне, торчащей в туалете.
Ну… Назария. Сейчас зад твой гореть будет. Вызывайте МЧС.
— Меня Ксюша зовут, — слышу голос … рыжей? Она Рыжая? Блин, Суханов, да что ж на тебя все Гермионы этого города слетаются, как мухи на… неважно.
— Ясно, — равнодушно пожимает плечами повзрослевший Рон Уизли стоящий ко мне спиной.
— А тебя?
— Понятно.
— Тебя зовут понятно?
Вот настырная, а.
— Ага. «Ясно» и «понятно» — убийцы диалогов.
— Дурак.
Сама ты дура. Между прочим, я в этого парня уже второй раз за вечер влюбиться умудрилась. Имей совесть, выбирай выражения.
Но мой-то… Отшил ведь. Сам. Кобелиный инстинкт дал слабину. А это всё я. Я его перевоспитала. Ну, и кто после этого молодец? Несите пирожок с полки.
