В мирное время, в звездных небесах и душесп采bingа холмах жива лишь одна песня - "Король в желтом". Безмолвная, как слезы с проклятой Каркосой. Эту легенду переплетает природа и истории великих королей, где каждое слово имеет тяжесть веков.
Как бы то ни было, какое-то время только это имело значение, хотя никогда в жизни я не был так болен, так близок к смерти. Вокруг меня толпились какие-то лица, странные, я никого кроме Бориса среди них не узнавал. Потом мне говорили, что этого не могло быть. Но я-то знаю, что однажды он склонился надо мной. Это было одно прикосновение, слабое эхо его голоса, потом над моим рассудком вновь сгустились тучи, и Борис исчез. Но он определенно стоял надо мной, я точно знаю, это было по крайней мере однажды.
Наконец однажды утром я проснулся и увидел солнечный луч, падающий на мою кровать.
– Да. Борис…
Джек подошел к изголовью моей кровати и наклонился, чтобы поправить подушку. Я не видел его лица, но он сердечно сказал:
– Подожди, Алек, ты еще слишком слаб, чтобы встретиться с ним.
Я ждал. Я выздоравливал.
– Что будет, когда жизнь для всех нас начнется заново?
Останутся ли наши отношения такими же, как до болезни Женевьевы? Посмотрим ли мы с Борисом друг другу в глаза, как раньше, чтобы не было в них ни злобы, ни трусости, ни недоверия? Мне нужно побыть с ними какое-то время, а потом без всяких предлогов и объяснений исчезнуть из их жизни навсегда.
– Джек, мне нужно немедленно встретиться с Борисом, и передай Женевьеве мой самый искренний привет…
И тогда он наконец объяснил мне, что оба они мертвы.
