Автор
В заброшенном особняке полыхает пожар. Лучи пламени бьются о зеркала и зеркальные стенды, создавая искаженные отражения. Молодежь в безвкусице ночного клуба налетела на королеву дискотеки, заставив ее укрыться под лестницей — единственное убежище в этом мрачном твороге зловещего ночной жизни....
Тамара села на стул у стола, заваленного швейными принадлежностями.
– Ну, ты не совсем права. Конечно, все конкурсы – это экзамен. Девочки демонстрируют свои таланты, поют, танцуют, рисуют, отвечают на вопросы. Вроде как жюри выбирает спортсменку, комсомолку, умницу, и уж в последнюю очередь просто красавицу. Вот только чем больше девки в любви к Пушкину распинаются, сообщают про чтение романов Достоевского и прослушивание фуг Баха, тем смешнее. На первом месте с короной на голове всегда окажутся самые крутые сиськи, а их надо в выигрышном декольте представить.
– Фуги Баха – это камень в мой огород? – улыбнулась я.
Тамара покраснела:
– Нет. Но знаешь, почему ты победила?
– Из-за умения играть на арфе, – не задумываясь, ответила я.
– На десять процентов, да, – согласилась Тамара, – а на девяносто из-за костюма. Остальные в платьях дефилировали, жюри на пятой участнице дремать задремало: вырезы, шлейфы, воланы. Вроде модели разные, но похожи.
Я прикинулась глупышкой:
– Подарками от спонсоров!
Тома взяла сантиметр и начала наматывать на палец.
– Конечно, нет! Только полная идиотка может визжать от восторга, заполучив набор дешевой косметики и полупердон из крашеной мыши. В зале непременно присутствуют представители крупных модельных агентств.
– Клампенски? – повторила я. – Никогда о нем не слышала.
Тамара кивнула.
– Верно, ты не работаешь в области моды, в фэшн-мире Том человек из первой десятки. Американец. Аккредитовывается под видом журналиста и на самом деле пишет для прессы. Но основной его род деятельности – звездозажигатель.
