Анна долго сомневалась, стоит ли использовать дорогие покрывала из персидского шелка и даже хотела спрятать их подальше, но в конце концов пошла на компромисс и просто перевернула их на другую сторону.
Все постельное белье, противомоскитные сетки и другие полезные вещи были сложены в комнате, ставшей «складом». И аптеку они тоже устроили в одной из комнат: в ней заперли последние из драгоценных медикаментов и несколько больших ведер с солью и сахаром, которые Анна нашла в кладовой. Если добавить эти два простых компонента в кипяченую воду, получившийся раствор можно было использовать при обезвоживании — такое лечение буквально спасало жизни больным дизентерией.
В кухне одну из печей выделили для кипячения инструментов и подогревания воды для припарок, а полы и стены тщательно выдраили водой с крепким раствором отвара плюща. Кухню для африканцев устроили в одном из внутренних дворов поместья Кики.
Стенли руководил очисткой колодцев и восстановлением водопровода. В конюшне он обнаружил одну из первых моделей электрических генераторов и несколько цилиндрических емкостей, судя по всему, с топливом. Вскоре ему удалось запустить агрегат, и Анна помчалась в столовую, чтобы проверить, есть ли свет. Когда загорелась лампочка, она была поражена и восхищена не меньше африканцев, собравшихся вокруг нее и изумленно таращивших глаза.
Наконец все работы были завершены, и пришло время новой больнице открыть двери пациентам. Многие уже пришли сюда — целые семьи поселились в надворных постройках. Вскоре Стенли начнет перевозить больных на «лендровере». Анна, воспользовавшись затишьем, присела в прихожей, чтобы побыть одной. Здесь оставили большую часть мебели и, кроме того, повесили на стену портрет Кики маслом, ранее висевший в столовой. Он органично вписался в интерьер, что было неудивительно, — ведь в приемных старомодных больниц всегда висел портрет святого покровителя или основателя. Анна посмотрела в глубокие фиолетовые глаза Кики. В них светился мягкий юмор, словно женщина хотела напомнить Анне, что работа — дело, конечно, хорошее, и помогать другим почетно, но жизнь этим не ограничивается. Анна отвернулась — и оказалась лицом к лицу со смотрителем. Мужчина молчал, но его скованные движения и сжатые кулаки свидетельствовали о том, что он напряжен.
— Стенли готов ехать, — сообщил он. — Больница открыта.
— Я не забыла своего обещания, — мягко произнесла Анна. — Давайте пойдем к вам и перенесем сюда нашего первого пациента."
"Сразу после переезда из Джермантауна Анна начала лечить его жену, Ндаталу, используя последние антибиотики, но улучшения в состоянии женщины не было.