Я нашел во мне часть его, словно драгоценный камень, который неизбежно меняет мою душу. Казалось, мир вот-вот рухнет, но я чувствую, что вскоре все изменится - и это приносило мне нетерпеливое ожидание. В тот день повседневность казалась подозрительной, отец был странно мрачен, в то время как мать сохраняла свой обычный холодный негодование.
– Вы когда-нибудь поведаете мне о причинах?
– Причинах? – спросил они остановился. Я огляделась. В коридоре никого не было. – Амелия, когда мы наедине, зови меня по имени, я ведь просил. Мне нравится, как ты его произносишь.
Его голос на последних словах утих почти до шепота, от которого мгновенно стало трудно дышать.
– Верно, – собрав в кулак убегающие куда-то не туда мысли, все-таки сказала я. – О причинах. Почему геральды так поступили с вами... Эскалион? – спросила я, буквально выдохнув его имя.
Взгляд короля потемнел. Резко приблизившись, он вовлек меня в безумный поцелуй. Казалось, он пытается меня поглотить. Это сводило с ума и лишало воли. Я могла лишь цепляться пальцами за его плечи и прижиматься, боясь, что в любой момент ноги откажут мне служить и я рухну прямо перед ним.
Разорвав поцелуй, он жадно посмотрел на меня, а потом прикрыл глаза и глубоко вздохнул, словно успокаиваясь.
– Причины. Я могу рассказать тебе о них. Идем, моя Амелия.
Он отошел на пару шагов и протянул руку. Я отчего-то заволновалась. Мне показалось, что этот жест значит намного больше, чем можно было себе представить. Казалось, Эскалион предлагал мне показать какой-то иной мир. Мир, о котором я прежде ничего не знала.
Взволнованно вдохнув и выдохнув, я схватилась за его руку. И не знаю, чего в этом было больше: любопытства, несвойственной мне храбрости или доверия. Наверное, все вместе.
Часть 29
В гостиной мы застали Берхарта, который по-прежнему не выпускал из рук первый свод законов. Как я поняла, его интересовало то, как он изменился за эти столетия.
– Вы уже закончили? – спросил он, не поднимая головы от своих записей, которыми был усеян не только небольшой стол, но и ближайшее кресло и даже пол кое-где. – Быстро вы. Я думал, полдня там просидите.
Эскалион ничего не сказал, просто повел меня в сторону спальни. Берхарт на короткий миг поднял голову, хмыкнул и сразу же уткнулся обратно в бумаги.
– Да, я хотел чуть позже поговорить с вами по поводу отца, – сказал он, когда дверь в комнату за нами почти закрылась.
Я кивнула, тут же понимая, что он не видит этого движения.
– Хорошо! – крикнула чуть громче, отчего-то смутившись этого. – Почему мы тут, Эскалион?
– Ты же хотела узнать причину, – ответил он, подводя меня к креслу и усаживая в него.
