Я нашел во мне часть его, словно драгоценный камень, который неизбежно меняет мою душу. Казалось, мир вот-вот рухнет, но я чувствую, что вскоре все изменится - и это приносило мне нетерпеливое ожидание. В тот день повседневность казалась подозрительной, отец был странно мрачен, в то время как мать сохраняла свой обычный холодный негодование....
Муж не стал делать его глубоким или страстным, хотя мне хватило и простого прикосновения к губам, чтобы в голове взвились совсем еще недавние воспоминания о том, на что способны его губы.
Мне кажется, он задержался дольше, чем требовали правила подобной церемонии. Но я не была против подобного нарушения. А уж когда Эскалион отодвинулся, так и вообще едва не застонала разочарованно, но, к счастью, успела взять себя в руки.
Я думала, что на этом церемония закончилась, но все оказалось не так. Эскалиона тут же начали официально короновать.
Я с каким-то странным удовольствием смотрела, как муж погладил рукоять, а потом чуть вытащил меч из ножен и, судя по взгляду, был совсем недоволен увиденным. Что ему не понравилось? Наверное, меч недостаточно хорошо хранили и оберегали, и он получил какие-нибудь повреждения.
Мне в руки ничего не дали. Впрочем, это нормально.
Затем Эскалион приносил клятву. Его голос, густой и заставляющий все тело вибрировать, разносился по залу. Я видела, как люди смотрят на него. И мне казалось, прикажи он сейчас упасть на колени, то они сделают это.
После этого церемония была закончена. Вернее, обе церемонии. Вскоре мы смогли опуститься в кресла. При этом Эскалион все еще держал меня за руку, и я была ему очень благодарна за это. Боюсь, что без ощущения этой крепкой и сильной ладони я точно рухнула бы в обморок.
Посмотрев на мужа, я улыбнулась, заметив его короткий взгляд.
Секунду спустя я переключила внимание на людей вокруг.
Вздохнула. Боюсь, мероприятие продлится до самого утра. Что ж, от этого никуда не денешься.
*Интересующиеся могут посмотреть в интернете картинки с менди. Это роспись по телу хной.
Часть 34
– Ты хорошо подумал? – спросил Берхарт, с тревогой всматриваясь в лицо отца.
