Я нашел во мне часть его, словно драгоценный камень, который неизбежно меняет мою душу. Казалось, мир вот-вот рухнет, но я чувствую, что вскоре все изменится - и это приносило мне нетерпеливое ожидание. В тот день повседневность казалась подозрительной, отец был странно мрачен, в то время как мать сохраняла свой обычный холодный негодование....
Отец помолчал с минуту, пару раз вздохнул, но потом все-таки кивнул.
– Но для начала я бы хотел с ней поговорить, – сказал он, заметив, как мы заулыбались. – Будет не слишком честно решать все в одиночку.
Берхарт сначала нахмурился, а потом всё-таки согласно кивнул.
– Хорошо, только я поеду с тобой. Не спорь, так надо. Я найду аргументы, поверь мне.
– Считаю это лишним, но если ты настаиваешь...
– Настаиваю.
– Хорошо, – согласился отец, и мы все облегченно выдохнули, довольно переглядываясь. – Думаю, что нам нужно выезжать в ближайшие дни.
"После этого мы старались говорить только о мелочах. Все выглядели так, что сразу становилось понятно – новую информацию всем надо обдумать и «переварить».
Через некоторое время вернулся Эскалион, поэтому близкие люди разошлись по своим комнатам отдыхать. На завтра у нас с братьями было запланировано некое дело, которое точно не стоило откладывать.
Часть 35
Вздохнув удовлетворенно, я улыбнулась, а потом положила руку на грудь мужа и начала кончиками пальцев бездумно вычерчивать разные фигуры.
Посмотрев на меня, муж как-то многозначительно улыбнулся, а потом широким мазком лизнул запястье. Я засмеялась, пытаясь забрать руку.
– Хочу тебя... – начал Эскалион, принимаясь покусывать мой большой палец и облизывать его, – съесть, – закончил он шутливо, резко переворачивая меня на спину и впиваясь в губы поцелуем.
Умелый язык сразу же юркнул ко мне в рот, принимаясь прикасаться ко всему, до чего дотягивался. Это казалось таким откровенным и возбуждающим, что я невольно выгнулась, словно желая слиться с мужем еще сильнее.
Он тут же подхватил меня под спину, с явным удовольствием потакая моему желанию. Тихо то ли заворчав, то ли зарычав прямо мне в рот, он разорвал поцелуй и спустился к шее, целуя ее и покусывая. Я застонала, вцепляясь ему в плечи.
– Какой вы кровожадный, ваше величество, – задыхаясь, прошептала я.
Это были последние мои связные слова, так как после этого Эскалион скользнул в меня, и я на время потеряла связь с реальностью, полностью сосредоточившись на своих ощущениях.
Когда сгоревшая в белом ослепительном пламени действительность снова возродилась, я еще минут пять пыталась восстановить дыхание и прийти в себя. Эскалион лежал рядом и в отличие от меня дышал тихо и размеренно, словно уснул.
