Он мог подождать минуту, и я бы рассказал ему: с кольцом или без него. Эраван, ведьмы, король, Маэва… Я бы противостоял каждому из них. Но потерять тебя…
Он наклонил голову, согревая ее губы своим дыханием, когда он закрыл свои глаза.
- Я подвел тебя сегодня, - пробормотал он охрипшим голосом. - Прости.
Его аромат сосны и снега окружил ее. Она должна была отойти, оказаться вне досягаемости. Не трогай меня так.
И все же, он был здесь, его рука была на ее голом плече, его тело почти полностью покрывало ее.
- Тебе не за что извиняться, - прошептала она. - Я доверяю тебе Рован.
Он едва кивнул ей.
- Я скучал по тебе, - тихо произнес он, его пристальный взгляд метался между ее ртом и глазами. - Когда я был в Вендалине. Я солгал, когда говорил, что не скучал. С того момента, как ты уехала, я так скучал по тебе, что мне казалось, будто я сошел с ума. Я был рад использовать слежку за Лорканом как оправдание, просто чтобы увидеть тебя снова. И сегодня, когда он приставил нож к твоей шее...
Теплота его пальцев пронзала ее насквозь, пока он проводил по порезу на ее шее.
- Я все время думал о том, что ты, возможно, не знаешь, что я скучал по тебе, зная, что между нами только океан. Но даже если бы смерть разлучила нас…я бы нашел тебя. Мне плевать, сколько бы правил я нарушил. Даже если я должен был бы получить три ключа для себя и открыть врата, я бы нашел тебя. Всегда.
Она сморгнула, чтобы справиться с жжением в глазах, когда он взял ее руку находящуюся между их телами, и направил вверх, чтобы положить себе на татуированную щеку.
Она пробовала вспомнить, как дышать, чтобы сосредоточиться на чем-либо другом, кроме его гладкой, теплой кожи. Он не отрывал своих глаз от ее, когда она задела большим пальцем его острую скулу. Наслаждаясь каждым движением, она ласкала его лицо, его татуировку, она не прервала этот взгляд, даже когда это обнажило ее душу.
Прости, кажется, он по-прежнему говорил ей.
Она удерживала свой пристальный взгляд на его глазах, когда отпустила его лицо и медленно, убедившись, что он все понял, запрокинула голову, пока ее шея не выгнулась и обнажилась перед ним.
- Аэлина, - выдохнул он.
Не выговор и не предупреждение, но…мольба. Это звучало как мольба. Он опустил голову к ее выгнутой шее и завис в миллиметре от нее.
Она выгнула шею еще сильнее, беззвучно приглашая.
Рован издал тихий стон, и зубы впились в ее кожу.
Один укус, одно движение, это было все, что требовалось, чтобы вырвать ей горло.
Его удлиненные клыки скользнули в ее плоть – нежно и точно. Она сжала простыни, чтобы удержаться от желания провести пальцами вниз по его голой спине и привлечь еще ближе.
Он уперся одной рукой рядом с ее головой, зарываясь ей в волосы.
- Ни кому другому, - прошептала она. - Я никогда бы не позволила никому другому приблизиться к моей шее.