Автор
В глубоких мрачных коридорах древнего аббатства, свет луны и звёзд играет танец над высеченными в камне структурами. В эти бесконечные ночи я ползу по холодному камню, проникая в чарующую тьму священного места. Вместе с ночной прохладой приходят необычайные ощущения — как будто сама ночь дышит рядом, и мое сердце бьётся от радости и тревоги одновременно....
Я так ворочалась, что, кажется, утомила не только себя, но и фрейлин, а собаки и вовсе сбежали на софу."
"– Никак не спится, Елизавета? – тихо спросила Кэти, погладив меня по голове. Я вздохнула, думая о Фредерике. Может, днем провести еще одно совещание? Пусть не по военным делам, а, скажем, по торговым. Глядишь, удастся его соблазнить. Хотя вряд ли, он такой упертый!..
– Есть отличное датское лекарство от бессонницы, – пробурчала старшая фрейлина. – Скажите ему наконец «Да!» и спите с мужем, как и полагается, а не с нами.
– Бедный мальчик – это датский принц? – на всякий случай переспросила я. Ничего себе мальчик, особенно когда в латах и с копьем в шесть метров длиной несется по ристалищу!
Старшая фрейлина кивнула.
– Елизавета, чего вы ждете? Неужели, когда овдовеет Роберт Дадли?
В ужасе покачала головой:
– Я… ничего подобного!
О Роберте вспоминала мало, украдкой.
– Я боюсь совершить ошибку, – призналась фрейлине. Тут ведь не только война с Испанией. Кто их знает – нападут или нет? Ведь если соглашусь на замужество, то история пойдет другим путем.
А еще – страшно и все! Кто знает, как обернется для меня средневековое замужество? В моем времени, если совсем уж плохо, можно и за разводом сбегать.
Уснула я лишь на рассвете, пока не передумала все думы, но так ничего и не решила. До отплытия Фредерика оставалось два дня, но и они пролетели в суете празднеств. Я все же согласилась приехать в Копенгаген в конце лета. Правда, не в качестве невесты, а в гости. Меня страшила долгая разлука с Фредериком.
