Император гневался — не на верного связного, который был проницателен, как никто, и потому в этот раз речь его была медовей самых сладких сот. Не на Ренх-сата, который раньше покорял города за день, а сейчас споткнулся об иноземного колдуна. И не на захватившего Блакорию Манк-Теша, который, ощутив силу, тут же попытался прощупать свои шансы стать мужем Анлин-Кас и будущим императором. Итхир-Кас был раздражен, но не Тенш-мин, отступающий на холодном краю страны Рудлог, и не Кенс-ош, половина армии которого завязла на жарком краю этой же страны, вызывали его раздражение.
— Я своими глазами видел летающую тварь, колдуна, который едва не проглотил и Ренх-сата, и меня, — жарко вещал связной. — И многие видели. Колдуна этого нужно ловить и убивать, иначе он принесет нам много потерь.
— Опиши его, — велел император, и, пока Арвехши в красках расписывал и размеры, и оскаленную клювообразную пасть, и страшные белые глаза, и храбрость Ренх-сата, успевшего увернуться, а его, Арвехши, толкнуть в башню, Итхир-Кас продолжал складывать полученную ранее информацию и решать, что делать дальше.
Он и не ожидал, что захват нового мира пройдет легко и всем его генералам-тиодхарам будет сопутствовать успех. Но он не любил сомнения — а именно они сейчас наполняли его гневом и раздражением.
Итхир-Кас отправлял через врата в другой мир войска, но сам оставался на Лортахе. Ему нужно было завершить сбор армий империи и подготовить наместника, достаточно умного и жесткого, чтобы управлять Тха-Ором в отсутствие императора, но недостаточно смелого, чтобы посметь пойти против хозяина, когда он уйдет на Туру.
Итхир-Кас планировал войти в следующие открывшиеся врата. Не просто явиться на земли, расчищенные для него одним из генералов, а триумфально и быстро захватить еще не захваченные, да так, чтобы от силы его и жестокости содрогнулись и местные жители, и свои солдаты. Только так, только превзойдя своих тиодхаров, можно было обеспечить себе верность наемников и покорность населения.
Нейры-наемники уважали только силу, и соглядатаи императора уже передавали ему, что в армиях, воюющих на Туре, раздаются шепотки: дескать, не потерял ли старый Итхир-Кас хватку, что отсиживается на Лортахе, пока простые солдаты костьми ложатся? Генералы, разделяющие тяготы боев с наемниками, быстро набирали популярность, и только делом времени было, когда шепотки превратятся в уверенные голоса, а вопросы, которые задают себе нейры, — в искушение для генералов.
