Ему медаль надо дать, а не ******.
- Мартин, не лезь.
- Саша, - теплый голос Виктории. Это ее руки мягко касаются висков Макса. – Ему бы источники докачать. Он холодный, как труп.
Вики – умница. Знает, что ңужно переключить внимание. Но в этот раз не работает.
- Он уже очнулся, - неприязненно сообщает Алекс и добавляет пару непечатных ругательств. – И мне его не жалко, Вики. Миха, с тобой потом поговорим.
- Так точно, – бурчит Михей уже почти бесстрастно. Быстро справился с собой. Куда быстрее, чем раньше.
Тротт открыл глаза – тут же от яркого солнца потекли слезы,и черные в синеву фигуры склонившихся над ним друзей он разглядел только через несколько мгновений.
- Я рад, что ты жив, - раздраженно сообщил темный силуэт голосом Алекса, – но это последний раз, Макс, когда я зову вас на охоту. Как первокурсник безголовый поступил. Не ожидал.
Тротт поморщился и потер виски руками. Ему было неприятно – в большей степени от того, что Алекс прав, - ему было больно и хотелось пить.
- Ты не перебарщиваешь, Сань? Я-то тебе не подчиненный и не ученик. Сбавь тон, дружище.
Март предупреждающе цокнул языком, Вики глянула неодобрительно – а Свидерский отвернулся и попросил споқoйно:
- Михей, доставь его домой и проследи за ним, хорошо? Нам нужно закончить работу.
- Конечно, - ровно согласился Севастьянов.
Свидерский примирительнo хлопнул его по плечу – мол, хорошо, что ты не обиделся, извини, я погорячился - и, так и не удостоив Тротта взглядом, развернулся и ушел. Они потом тоже помирятся, конечно – никакие стычки и ошибки не могли испортить их отношения. В их компании вообще только дважды были крупные размолвки – и оба раза они были связаны с Мартином и Вики. Но сейчас Макс морщился, будто залпом выпил кислятины – и чувствовал себя очень мерзко.
- Почему ты нам не рассказал? – спросил Макс уже позже, когда принял трехкратную дозу восстанавливающей настойки, oтпился молоком, терпеливо позволил Михею докачать источники. - Алмазыч знает?
- Дед знает, - усмехнулся Михей, помешивая чай, - к счастью, он не болтлив. Лично рассматривал мое дело при поступлении в универ и сказал, что ему плевать темный или нет, упускать потенциально сильного мага он не будет. А мог и не принять. Магконтроль отдает это на усмотрение ректорам, а среди них в Рудлоге достаточно тех, кто предубежден к потомкам Черного жреца.
Они находились в иоаннесбуржских апартаментах Макса, в столовой. Тротт оживал на глазах.
