"
"Совещание заняло минут сорок, и когда оно закончилось, Ангелина распахнула ажурные двери зала, ведущие на балкон, взмахнула руками – и нырнула в дневной зной уже не женщиной в алом восточном платье, а большой птицей, крылья которой переливались огнем так же, как крылья огнедухов. И летела она так же быстро.
Пусть она делилась силой с мужем – но и сама в браке стала сильней.
* * *Владыку от сотрясения горы швырнуло набок, он провалился в расходящуюся трещину – и полез наверх, цепляясь когтями и фыркая от пыли. Кое-как выбрался, едва не надорвавшись, пополз к краю пика над озером. Спасительный край был далеко.
Сверху в каменной дымке мелькнули тени – и по бокам от Нории зависли два змея, с любопытством и настороженностью глядя на стреляющую тысячами пыльных фонтанчиков гору.
«Вы здесь», – сказал он с благодарностью. Голова кружилась, стук сотен – или уже тысяч? – сердец из горы повергал в ужас: сможет ли спасти всех, хватит ли на всех сил?
«А где же нам еще быть, брат?» – с легкой насмешкой ответил Люк Дармоншир, нахальный ветер, от одного присутствия которого и иронии вдруг стало дышать легче. – Скажи, чем помочь тебе сейчас. Тебе нужна кровь?»
«И много, – подтвердил Владыка, перебираясь через очередную трещину. – Но прежде брось меня в озеро, брат».
Змей совершенно неприлично захохотал-зашипел и со словами: «Тамми, на тебе охота, тащи к нам столько добычи, сколько сможешь», – изогнулся дугой, чтобы подхватить дракона всеми четырьмя лапами, за пару секунд вынес его в воздух высоко над озером и швырнул вниз.
«Ты не разобьешься?!» – крикнул он вслед, спохватившись. Подтянул к Нории ветер, придержал его в полете.
«Нет», – ответил дракон, вытягиваясь стрелой, глядя на гору, – пик рушился пока медленно, неохотно, по пласту, по скале – и вошел в ледяную, полную силы воду ледникового озера.
Здесь били сотни родников и водились сотни духов, здесь, как в любом молодом озере или реке, полной силой играла стихия Матери, и дракон завис в толще воды, впитывая ее столько, насколько хватило воздуха потомку водной богини. Он вынырнул на поверхность, но не успел сделать то, что задумал.
От срезанной вершины под грохот обвалов и дробный стук драконьих сердец откололся большой кусок, полетел вниз по склону, медленно дробясь, и Владыка словно в страшном сне увидел, как кувыркается в клубах серой пыли молодая драконица, ломая крылья, неспособная даже сжаться в клубок, чтобы уберечься. Он нагнал ее, вцепился лапами в бока, чувствуя, как молотят по шкуре камни, и рванул в сторону, подальше от камнепада. Уложил на зеленый низкий склон за пересохшим руслом речки – тоже нехорошо устраивать здесь лагерь, если озеро прорвется, то всех раненых смоет, – но нести дальше – значит, терять драгоценное время.