— Полина, — негромко позвал Игорь, — Полли, девочка, иди ко мне…
Медвежонок рявкнул недовольно, отвернулся, снова развалился на заднице, махая передними лапами.
— Полиночка, они опасны, — уговаривал полковник это неразумное медвежье дитя, — будет больно. Иди к нам…
Медведица застыла, застыли и мужчины, сжав кулаки — на задранный черный влажный нос села «бабочка», и мохнатая непослушная девочка скосила глаза, стараясь рассмотреть неожиданный подарок, взвизгнула от восторга. Превращаться в золу она явно не собиралась.
Сзади выползала из прохода раненая «многоножка», заревела, увидев людей, быстро-быстро перебирая лапками, побежала к ним, оставляя за собой след из белой слизи.
— КТО ПОСМЕЛ!? — завибрировал от низкого, гулкого рева зал, плеснули вверх остролистым цветком фонтанчики лавы из колодца, и бабочки заметались по залу, чудом не задевая людей. — КТО!!!!! СОЖГУ!!!
Лежащий на похоронном камне мужчина вспыхнул столбом белого ослепительного света, и из света этого, медленно остывающего в красный, как раскаленный добела металл, начала уплотняться огромная фигура — с молотом в руке, с горящими глазами. Медвежонка, прыгающая за разлетающимися «бабочками», в изумлении плюхнулась на задницу, прижала уши к голове и тихо заскулила — то ли от удивления, то ли от страха. А люди попадали на колени, сраженные мощью сошедшего Красного: стихийная огненная сила гневающегося бога гнула к горячим камням, заставляя распластываться на них, вжиматься в пол. У Стрелковского внутри все трепетало от почти экстатического восторга, из глаз текли слезы, и он, касаясь губами обжигающего камня, начал хрипло шептать давно выученную молитву:
Отец тепла, воин небесный, жизнь зажегший,
Пусть крепка будет твоя рука, и молот не подводит тебя.
Защити нас от всякого зла, от дурных мыслей и недобрых поступков,
Направь оружие наше, чтобы пали враги, защити, защити, защити,
Ибо сильнейший ты среди братьев своих,
И жена твоя есть истинная Любовь…
Его затылка словно коснулась ласковая рука, и над лежащими охранниками пронесся пламенеющий молот — только хлюпнула и зашипела подползающая тварь, превращаясь даже не в золу — в темный дым. Раздался тяжелый шаг, потом другой. Игорь рискнул поднять голову — Красный Бог, опустившись на корточки, чесал кончиком указательного пальца урчащую медведицу по спинке и хмурился, но как-то не страшно уже."
"— ХОРОШАЯ ДЕВОЧКА, — пророкотал он умильно, — А ЧТО ЖЕ МУЖ ТВОЙ ЗА ТОБОЙ НЕ СЛЕДИТ?!!! ЗАПРЕЩУ!!!!
Полли жалобно заскулила, задрала мордочку и просительно лизнула огромную огненную ладонь.