Автор
Фейра должна выполнить обещание, данное правителю Двора ночи, и провести неделю в его мрачном королевстве. Между двумя мирами разгорается война, а героиня становится разменной монетой в опасной игре магии, предательства и запретной любви. Ее выбор может спасти или уничтожить все королевства.
Поставь заслон, чтобы я не смог опять проникнуть в твое сознание.
Мне отчаянно хотелось забиться в тихий угол и уснуть.
Его невидимые когти не исчезли совсем. Они отступили к внешней границе моего разума и там слегка поглаживали меня.
Я вообразила стену из прочнейшего черного камня. Стену в локоть толщиной. Когти успели убраться прежде, чем она рассекла их пополам.
— Замечательно, — улыбался Риз. — Жестко, но замечательно.
Я не смогла удержаться. Схватила лист с его фразой, порвала надвое, потом еще надвое.
— Какая же ты свинья!
— Целиком с тобой согласен. Но посмотри: ты сумела прочитать целую фразу, вытолкнуть меня из своего мозга и поставить заслон. Превосходная работа.
— Нечего мне льстить!
— А я и не льщу тебе. Оказывается, ты читаешь лучше, чем я предполагал.
— И все равно остаюсь неграмотной, — призналась я, чувствуя, как у меня опять краснеют щеки.
— Упражняться надо больше. Читать вслух. Тогда научишься узнавать слова и правильно их произносить. К Нинсару ты вполне сможешь читать романы. А если ты и с заслонами будешь упражняться, то сумеешь отбрасывать меня еще на подступах к твоему сознанию."
"Нинсар. Впервые за пятьдесят минувших лет Тамлин и его двор отметят этот праздник. Амаранта запретила празднование Нинсара без каких-либо причин, по капризу. Запрету подверглись и другие второстепенные, но любимые фэйцами празднества. Самозваная королева сочла их «излишними». Однако до Нинсара оставалось еще несколько месяцев.
— Неужели возможно полностью заслониться от твоего проникновения в мозг?
— Трудно сказать. Я же не знаю, насколько глубока обретенная тобой сила. Не ленись упражняться, а там посмотрим, чего ты достигнешь.
— И во время Нинсара я по-прежнему буду связана этим уговором?
Ризанд молчал. Я продолжала допытываться:
— После всего, что произошло…
У меня язык не поворачивался говорить о том, что Ризанд сделал для меня во время сражения с Амарантой и потом, когда я…
— Думаю, мы можем прийти к обоюдному согласию. Я тебе ничего не должна, и ты мне ничего не должен.
В его взгляде появилась знакомая мне решительность.
Я продолжала напирать:
— Разве недостаточно того, что мы все свободны?
Я нарочно положила левую руку на стол, задрав рукав. Пусть любуется на свое произведение.
— Я думала, что ты другой, что твое поведение там было лишь маской.
