Внутренние физические переживания героини создают напряженную и плотную атмосферу эксплуатации, где ее тело становится инструментом для демонстрации власти над ней. Этот ужасный сюжет держит читателя на грани страха и желания узнать больше о последствиях таких отношений....
"1.
Заносчивый, надменный, самовлюбленный…
— Ненавижу, — шептала я, пока его сильные руки насаживали меня на себя в учительской уборной на втором этаже.
Я ненавидела его всей душой, всем своим естеством.
Но только не секс с ним.
Он удивительно тонко чувствовал мое тело и всегда знал, как заставить меня задыхаться в своих руках.
Холодная стена, к которой я была прижата спиной, приятно остужала разгоряченную плоть даже сквозь тонкую блузку. Юбка высоко задралась на талии, пока властные пальцы впивались в мои бедра, углубляя и без того мощные толчки.
Я приглушенно стонала, запрокидывая голову назад, не в силах это остановить.
Испытывающий взгляд голубых глаз сверкнул напротив, и меня вновь словно пронзило молнией. Трепетные мурашки ринулись вдоль позвоночника, и я в очередной раз заглянула в ненавистное лицо блондина перед собой.
Лоренс Блэквуд был очень хорош собой. Я бы даже сказала «чертовски красив», с полным набором достоинств, включающих в себя отличные мышцы, врожденную харизму и острый ум.
В нашей академии любая мечтала заполучить его себе в постель.
Но только не я.
Наши отношения не заладились с самого первого дня, а после каким-то образом переросли в ненависть и грубый секс.
— Не смей… оскорблять меня… при других, — рычал он, вбиваясь в меня каждым словом. — Никогда!
Я видела, как играют желваки на его ровных скулах, как прозрачная капля пота медленно стекает по его лицу с гримасой ярости и страсти.
Наши чувства были взаимны.
Я прогнулась в пояснице, усмехнувшись собственным мыслям, и в следующее мгновение пуговицы на моей рубашке разлетелись в разные стороны, оголяя грудь в аккуратном черном бюстгальтере.
— Стерва, — прошипел он и прежде, чем я успела убрать его голову, запустив пальцы в светлую шевелюру, его наглые губы скользнули по моей шее.
Он наказывал меня, мстил за дерзость, которую не мог простить.
Я всего-то назвала его при «друзьях» надменным эгоистичным кретином, который самоутверждается за счет других, а все потому, что он демонстративно испортил мой бланк с ответами, разорвав его перед всеми на клочки.
И вот теперь я расплачиваюсь за свои слова, возымевшие столь необычный эффект.
Его ладони чуть сильнее сжали мои ягодицы, дернув на себя, и с моих губ сорвался громкий стон.
Если нас застукают, если обнаружат…
Непременно отчислят!
Такое поведение недопустимо для воспитанников высшей академии магии Эденгард.
