Внутренние физические переживания героини создают напряженную и плотную атмосферу эксплуатации, где ее тело становится инструментом для демонстрации власти над ней. Этот ужасный сюжет держит читателя на грани страха и желания узнать больше о последствиях таких отношений....
Учащиеся обожали его и всегда с удовольствием посещали его лекции, поэтому я крайне не хотела подставлять его перед ректором.
Я собиралась уже пройти на свое место, не поднимая глаз, как вдруг тяжелый низкий голос нарушил тишину, пробрав до дрожи.
— Интересно же вы наказываете провинившихся абитуриентов, профессор, — Габриэль Мейз вырос за моей спиной, словно гора, и я замерла, искреннее сожалея о своем проступке.
Где-то в стороне сверкнули холодным блеском голубые глаза, и я увидела Лоренса Блэквуда. Он смотрел на меня с ненавистью и презрением, блуждая взглядом по моим обнаженным бедрам, короткой юбке и, конечно же, красным губам.
«Это все из-за тебя…» — хотелось прошипеть, но я лишь отвернулась, стараясь не подавать виду, что злюсь.
— Это не тот случай, мистер Мейз, — нашелся профессор, пока я нервно сжимала пальцы. — Ланочка, то есть мисс Фрэйз, невероятно талантливая и прилежная практикантка. Это единичное опоздание с ее стороны за все три года обучения. Уверен, у нее на это были серьезные причины.
Да уж…
Секс в учительском туалете — серьезная причина. Серьезнее некуда!
Голубые глаза вновь опасно сверкнули в глубине аудитории, и я незаметно усмехнулась.
Переживаешь, Блэквуд?
Я одна в этом болоте не увязну, и в случае чего, обязательно потяну тебя за собой на самое дно!
— Порой разовые случаи становятся систематическими, — задумчиво ответил ректор, и я непроизвольно напряглась, переводя на него взволнованный взгляд.
Надеюсь, он ошибается.
— Это было в последний раз, — произнесла я, цитируя Блэквуда в уборной, и буквально на расстоянии ощутила его пылающий гнев.
— Очень надеюсь, — вкрадчиво ответил Габриэль Мейз, и у меня по коже пробежал холодок.
Что-то в его темно-карих глазах настораживало, и я поспешила занять свободное место за последним столом у стены.
Так даже лучше. Хоть не буду ловить на себе любопытные взгляды всех учащихся вокруг.
— Продолжайте, мистер Карлайл, — произнес Габриэль. — Я хочу поприсутствовать на лекции.
Это еще зачем?
Плохое предчувствие не покидало, усиливая тревогу.
Профессор с привычной для него легкостью продолжил лекцию, рассказывая о том, как правильно вливать ману в магическую сферу.
Я достала тетрадь из сумки, едва не вытащив вместе с ней чулки.
Господи, какой стыд!
Мысли все время возвращались то к надменному мерзавцу, то к кареглазому ректору, который не обращал на меня сейчас ни малейшего внимания, но никак не выходил у меня из головы.
